Институт банкротства прошел долгий путь становления и сформировался окончательно к середине ХХ в. Появление и развитие правил о несостоятельности связаны с объективными потребностями общества. Необходимость защиты имущественных прав сторон финансово-хозяйственных отношений была обоснована еще в древнеримском праве. Как следствие зародился и в течение многих столетий развивался правовой институт несостоятельности, который был признан наиболее эффективным средством обеспечения экономической безопасности хозяйствующих субъектов.
Исходя из многовековой истории человечества банкротство представляло собой процедуру, помогающую кредиторам наложить арест на имущество должника, справедливо разделить его или заставить должника отработать долг. В конце XX века на волне гуманизации законодательств большинства стран мира банкротство стало рассматриваться в качестве механизма судебной защиты должника от кредитора.
Институт банкротства в России начал зарождаться уже в XI в., и первые нормы были записаны в сборнике правовых норм Древней Руси – Русская правда. Позднее толчком к созреванию законодательства о банкротстве становится развитие торговых отношений. Вслед за этим, нормы о несостоятельности встречаются в договоре смоленского князя Мстислава Давидовича с Ригой, Готландом и немецкими городами, датированном 1229 г. Русская Правда была частью юридических норм, пока совпадала с требованиями действующих судов, непосредственно до XV в. Лишь только 1497 г. был ознаменован изданием Судебника Ивана III , который пришел на смену Русской Правде, как главный нормативный акт о несостоятельности. Более того, были расширены полномочия государства в пресечении разного рода злоупотреблений и защите интересов кредиторов. Также введен не характерный Русской Правде порядок, в соответствии с которым, грамота об уплате долга в рассрочку выдавалась только после установления несостоятельности от несчастья, в результате чего должник освобождался от ответственности по всем видам обязательств [4, c. 98].
Но, несмотря на изданный судебник, уровень развития экономических отношений, характерных для тех времен, не достиг того уровня, при котором встает вопрос о необходимости в тщательного регулирования конкурсных отношений. Подход к вопросу о несостоятельности, который был сформулирован в Русской Правде, не претерпел изменения и в более позднем российском законодательстве. В XVII в. постепенно формируется идея материальной ответственности лиц за неисполнение по обязательствам, а также разрабатывается порядок действий о взыскании долгов не с самого лица, а с его имущества. Так, усовершенствовалось и расширялось нормативо-правовое регулирование, например, в Соборном уложении 1649 г. говорилось о том, что в очереди на получение возмещения имели преимущества зарубежные кредиторы и само государство [3, c. 92].
Формирование конкурсного права в России осуществлялось в трех обособленных направлениях. Первое направление заключалось в развитии в рамках института банкротства национальных конкурсных отношений. Для второго направления характерно формирование и объединение нормативно-правовых актов в единый документ. Третье направление состояло в том, чтобы перенести нормы иностранного законодательства на российские реалии [5, c. 63].
Зарубежное законодательство находило свое применение в отечественной практике при рассмотрении наиболее сложных дел. Государство направляло российское судопроизводство к применению зарубежного законодательства, поскольку считало его гораздо более развитым и совершенным, нежели российское.
Позднее экономические отношения между субъектами внутри страны начали приобретать более сложный характер. Действующее законодательство уже не могло удовлетворить все возрастающие потребности в регулировании данной отрасли правовых отношений. А в нормативно-правовых актах содержалась лишь общая последовательность действий, без уточнения детальных подробностей. Такая пауза в развитии конкурсного права не устраивала государство. В соответствии с указом российской императрицы Анны Иоанновны, к 1740 г. был разработан и принят документ под названием «Банкротский устав». Именно он стал первым документом, который регламентировал процедуру банкротства в России. Но, несмотря на это, его нормы во многом перекликались, а в некоторых статьях даже полностью совпадали с иностранным законодательством. Именно это и явилось причиной несоответствия норм, прописанных в Уставе, российским реалиям. Поэтому принятый «Банкротский устав» не имел правоприменительного авторитета, и в результате этого на практике не применялся.
Ключевым моментом в истории банкротства России было принятие 19 декабря 1800 года «Устава о банкротах» [6, c. 121].
Человек, оказавшийся банкротом «по несчастью»,освобождался от ответственности по всем долгам. Банкрот, ставший таковым по «небрежности или от своих пороков»,обязан полностью расплатиться по своим долгам.
Банкротство от подлога было самым трудно раскрываемым преступлением. Характерными чертами для него являлись: искусственное занижение активов, т.е. должник, скрывал свое имущество, либо производил его фиктивную продажу и увеличение пассива, например передача векселей подставным людям. Зачастую происходило искажение данных бухгалтерской отчетности[1, c. 234].
Нельзя не упомянуть и о еще одном законе, принятом в 1832 году. В историю он вошел под названием «Устав о торговой несостоятельности». В первые годы его действия, он применялся только к тем, кого можно было отнести к торговому сословию. Позднее положения данного устава охватили всех занимавшихся торговлей лиц. В этом же уставе выделялось три вида банкротства: простое банкротство; подложное или злонамеренное, при наличии умысла или подлога; банкротство по несчастью, которое признавалось за лицом при отсутствии вины и при котором банкрот не подлежал аресту.
Однако существовала еще одна классификация несостоятельности, в соответствии с которой существуют торговая и неторговая несостоятельность.
В 1917 году – год социалистической революции и отменой частной собственности, необходимость регулирования процедуры банкротства отпала. В связи с этим, за годы существования Советского Союза полностью отпала потребность использования законы о несостоятельности, и никаких кардинальных преобразований в законодательстве этой сферы произведено не было [2, c.11].
Отличительной особенностью советского этапа развития института банкротства физических лиц являлось то, что в первые годы после революции конкурсные отношения не могли существовать. Самохвалова Н.В. отмечает, что только в связи с новой экономической политикой, разрешившей свободный товарный оборот, произошло реанимирование некоторых положений о несостоятельности. Гражданский кодекс РСФСР 1922 года включил нормы о несостоятельности, но в то же время отсутствовал механизм применения данных норм. Впоследствии Гражданский кодекс РСФСР 1922 года был дополнен положениями Декрета ВЦИК и СНК РСФСР 1927 года о несостоятельности физических лиц. Декрет не разделял торговую и неторговую несостоятельность.
Таким образом, изначально банкротство носило прокредиторский характер и ограничивалось лишь реализацией имущества должника с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов, то на современном этапе в процесс банкротства включаются механизмы восстановления платежеспособности должника. Нельзя сказать, что данные механизмы успешно работают. Но вектор задан, и это направление должно развиваться и совершенствоваться.
Список литературы:
- Баренбойм П. Правовые основы банкротства: учеб.пособие. М, 2014. С.234
- Белых B.C., Дубинчин А.А., Скуратовский М.Л. Правовые основы несостоятельности (банкротства). М.: Норма, 2013. С. 11
- Витрянский В. В. Пути совершенствования законодательства о банкротстве // Вестник ВС РФ. Спец. прил. к № 3. 2013. С. 92
- Попондопуло В.Ф. Банкротство. Правовое регулирование. М., 2013. С. 98.
- Гуляев А.И. Справочная книга по торгово-промышленному законодательству и торговой практике. СПб., 1912., С.63
- Кутер М.И. Формирование и развитие института несостоятельности в Российской Империи / М.И. Кутер, Р.А. Тхагапсо // Вектор науки ТГУ. 2009. № 7(10) . С. 121.