Каждое государство, независимо от уровня своего социально-экономического развития рано или поздно осознает значимость и необходимость претворения в жизнь идей информатизации общества, переход от электронного управления к цифровому. Так, в докладе Всемирного банка «Цифровое правительство 2020: перспективы для России»[1, 85] отмечается ее существенный прогресс в реализации концепции электронного управления в социальной сфере. Данный процесс, по мнению докладчиков, обусловлен качественным предоставлением государственных и муниципальных услуг. Ключевыми показателями такого прогресса являются: создание по всей стране многофункциональных центров, позволяющих получать гражданам самые различные услуги в одном помещении и не находиться при этом с чиновниками во взаимодействии; создание Единого портала государственных и муниципальных услуг; наличие сформированной системы межведомственного взаимодействия; развитие государственных информационных без данных (цифровых сервисов).
Задачами настоящего исследования анализ цифрового социального развития некоторых регионов России, выявление проблем, связанных с внедрением информационных технологий в социальное развитие субъектов РФ, а также приведение авторских рекомендаций, направленных на их разрешение.
В упомянутом выше докладе Всемирного банка, в 2018 году Правительству РФ бал дана рекомендация привести все административные процессы в социальной сфере России к принципу цифровизации «по умолчанию». Мы полагаем, что данный принцип не нашел и даже половины своего отражения в реальной деятельности государственных и муниципальных органов, обязанных отвечать за социальную сферу, предоставляя соответствующие услуги. Нигде не закреплено даже обозначения данного принципа. Но мы считаем, что идея цифровизации оказания социальных услуг предполагает отсутствие какого бы то ни было бумажного оборота. Очевидно, что сегодня в России это не так.
Задачами настоящего исследования анализ цифрового социального развития некоторых регионов России, выявление проблем, связанных с внедрением информационных технологий в социальное развитие субъектов РФ, а также приведение авторских рекомендаций, направленных на их разрешение.
В упомянутом выше докладе Всемирного банка, в 2018 году Правительству РФ бал дана рекомендация привести все административные процессы в социальной сфере России к принципу цифровизации «по умолчанию». Мы полагаем, что данный принцип не нашел и даже половины своего отражения в реальной деятельности государственных и муниципальных органов, обязанных отвечать за социальную сферу, предоставляя соответствующие услуги. Нигде не закреплено даже обозначения данного принципа. Но мы считаем, что идея цифровизации оказания социальных услуг предполагает отсутствие какого бы то ни было бумажного оборота. Очевидно, что сегодня в России это не так.
Проблем, которые являются триггером такого колоссального разрыва, на наш взгляд, крайне много. И основной является, конечно же, недостаток финансов. Эта проблема остается актуальной в 89 субъектах России, где процесс цифровизации социальной сферы является замедленным. Каким-то регионам удается получать субсидии, принимая участие в создании региональных платформ государственной информатизации в рамках социально-экономической политики, занимаясь, по сути, привлечением внебюджетных инвестиций частного партнера в рамках государственно-частного сотрудничества. Данная сфера, к сожалению, не пользуется большой популярностью среди внешних инвесторов, поскольку она предполагает довольно высокие затраты с невыгодным для частного партнера распределением рисков. Мы убеждены, что если государство инициировало создание проекта «Цифровая экономика Российской Федерации»[3, 77], то наличие такой проблемы как отсутствие финансов или слабое развитие информационной и телекоммуникационной инфраструктуры (особенно в малонаселенных и отдаленных регионах) быть просто не должно. В противном случае создается впечатление, что политика информатизации и цифровизации при завышенных стандартах, установленных Правительством, РФ выглядит далеко не как приоритетная задача.
Еще одной немаловажной проблемой совершенствования социального развития региона с использованием цифровых и информационных технологий является повсеместный дефицит квалифицированных кадров, которые должны свободно владеть методологией построения и обслуживания цифровых сервисов. Далеко не в каждом регионе, пытающемся реализовать государственную программу информатизации социальной сферы, есть специалисты, способные подготовить технические задания для исполнителей социальных услуг, а также создать инновационные информационные продукты для оказания услуг в сфере здравоохранения. Так, по оценкам международной исследовательской компании PricewaterhouseCountry[4, 47] затраты одной только Москвы в рамках политики цифровизации социальной сферы достигают невероятных размеров, которые по уровню финансовых издержек сопоставляются Нью-Йорком, Сиднеем, Токио, Пхенчханом. Очевидно, что такое объемное финансирование Москвы неоправданно увеличено, за счет неразвитости других регионов.
Правительство РФ, с целью популяризации электронных социальных услуг среди граждан, приняло поправку в Налоговый кодекс РФ о снижении государственной пошлины при их использовании. Однако отсутствие обновленных данных на различных сайтах поставщиков социальных услуг об их реальной стоимости не позволяет определить финансово-экономический эффект от их перевода в цифровую форму.
Материальные издержки государства на развитие цифровых платформ, социальных сервисов 2019 году очень велики – 218 миллиардов рублей[4, 28]. Однако экономическая и социальная эффективность не всегда является очевидной для граждан. Так, время оказания электронной социальной услуги и ее же оказание в бумажной форме является одинаково затратным по времени. В качестве примера, можно привести срок проверки декларации в отношении налога на доходы физических лиц. Вне зависимости от того подало ли физическое лицо ее посредством электронной платформы – личного кабинета на сайте ФНС или принесло в бумажной форме в налоговую инспекцию, срок проверки от этого не меняется, поскольку в обоих случаях он будет составлять три месяца. Мы полагаем, что необходимо отказаться от бумажной формы вообще. В противном случае, возрастают необоснованные расходы государства на предоставление одной и той же социальной услуги.
Немаловажной проблемой является и отсутствие в России единого банка информационных решений или государственных/муниципальных сервисов, который абсолютно все субъекты РФ смогли бы использовать совместно и без несения за это каких-либо расходов. Стоит отметить, что такие цифровые государственные сервисы созданы в странах, чей передовой опыт развития цифровизации по умолчанию развивается гигантскими темпами: США, Австралия, Япония, Сингапур, Норвегия, Южная Корея. Там, существует и эффективно функционирует политика тиражирования успешных практик оказания государственных социальных услуг. Полагаем, что России этот опыт стоило бы перенять.
Стоит также отметить проблему несовершенства оказываемых государственных или муниципальных услуг на цифровых региональных сервисах. Так, для сравнения, в той же Москве функционируют самые различные цифровые платформы, о которых остальная часть россиян не осведомлена. К примеру, каждый москвич может использовать систему онлайн - референдумов «Активный гражданин». Здесь можно выбрать все: от вида растений, сажаемых на улицах, заканчивая введением, по усмотрению населения, дополнительных маршрутов. Москва и Санкт-Петербург[5, 35] – единственные города в России, где успешно внедрена единая система управления бюджетными образовательными учреждениями, а также организациями здравоохранения. Затраты на ее разработку составили 17 миллиардов рублей.
Несмотря на то, что совершенствование социального развития региона с использованием информационных и цифровых технологий имеет большое позитивное влияние на граждан, сам процесс организации электронного государственного управления имеет внушительный перечень проблем. Так, например, юридическая и аналитическая базы функционирования цифрового управления до сих пор не достигают целей качественной правовой поддержки населения в социальной сфере.
Становлению реальной цифровизации регионов препятствует наличие действующих информационных систем (например: бухгалтерский, финансовый или управленческий учеты). Отсутствуют механизмы составления единого государственного плана по разнонаправленным показателям финансово-хозяйственной деятельности. Проблемы возникают и при оказании государственных/муниципальных социальных услуг. Так, необходимо подтверждать личность в органах государственного управления гражданам, которые обращаются туда в первый раз за оказанием электронных услуг. Мы полагаем, что в информационном, а тем более в «цифровом» обществе такого быть просто не должно.
Отдельной проблемой является также обеспечение информационной безопасности гражданина и защита его личных данных при использовании порталов государственного/муниципального управления. В связи с этим, стоит отметить, что российское общество довольно неоднозначно реагирует на проекты использования цифровых технологий в социальной сфере. Очевидно, что никто не будет рад навязанным государством проектам (например: обязательный перевод пенсий и заработных плат на карту «МИР», электронная запись к врачам в поликлиники). Более того, государственными органами совершенно не учитываются опасения граждан по поводу информационной безопасности, а также сложности использования цифровых сервисов. Мы полагаем, что все разработки, относительно предоставления социальных услуг в электронной форме должны базироваться исключительно на пожеланиях граждан, но никак не на навязанных государством сервисах.
Важно также отметить, что возрастает уровень бюрократии, которая обеспечивает повышение прозрачности государственного/муниципального управления при оказании социальных услуг, но при этом замедляется работа органов власти и принятие решений. Все это, разумеется, приводит к недоверию большого количества граждан к информационным технологиям. А некоторые и вовсе не имеют возможности ими пользоваться ввиду их недоступности во многих населенных пунктах.
Немаловажной проблемой построения эффективной системы оказания электронных социальных услуг является также и отсутствие универсальной методологии оценки их эффективности. Сегодня, в России для этих целей используются платформенные сервисы, которые позволяют осуществлять мониторинг оценки качества предоставляемых социальных услуг в цифровой форме. Однако, никаких критериев до сих пор не выработано. Основывается оценка, в основном, только на мнении граждан. Мы считаем, что это однобоко, и необходима более глубокая разработка критериев оценки качества социальных услуг, оказываемых в электронной форме.
Полагаем, что показателями, демонстрирующими качество государственных и муниципальных социальных услуг, оказываемых в цифровой форме, могут быть: распространенность информационно-телекоммуникационной сети Интернет компьютеров и других принимающих сетевые возможности устройств; количество проживающих на территории РФ граждан, имеющих возможности для получения социальных услуг в электронной форме; наличие спроса на цифровые услуги; уровень информационной безопасности; степень внедрения информатизации в сектор оказания социальных услуг; доля инфраструктурного барьера, препятствующего оказанию социальной услуги; степень полезности государственных социальных услуг для граждан; расходы на оказание социальных услуг в электронной форме; коэффициент принятия гражданами цифровых социальных услуг; степень овладения гражданами цифровой грамотности.
Правительство РФ, сегодня, к сожалению, не озабочено разработкой методики оценки качества социальных услуг в цифровой форме. Однако мы полагаем, что данные критерии в этом случае могут послужить ориентиром для ее формирования и утверждения.
Таким образом, обобщая все вышеизложенное, стоит отметить, что Россия – социально государство, политика которого направлена на создание условий (в том числе и цифровых), обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. Совершенствование социального развития региона с использованием цифровых технологий, как в РФ, так и на территории ее субъектов, безусловно, зависит от разрешения вышеуказанных проблем, а также от готовности использования гражданами интерактивных технологий, освоить которые без основ цифровой грамотности не представляется возможным. И именно на разрешение этих проблем и должна быть направлена цифровая политика государства в социальной сфере.
©, Рожкова О.И.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
- Косоруков А.А. Цифровое правительство и практики современного государственного управления (на примере Сингапура) // Тренды и управление. 2017. № 5. С. 79-87.
- Батракова Л.Г. Показатели развития государственного управления // Самарский педагогический вестник. 2019. № 4. С. 20-38.
- Рудычева Н.С. Рейтинг информатизации регионов в России: состояние, проблемы // Вестник НГУ. 2019. № 2. С. 68-83.
- Ильин А.Н. Проблема информационного консюмеризма // Информационное общество. 2019. № 4. С. 46-54.
- Сидоренко Н.К. Развитие информационных технологий в Московской области // Государственное и муниципальное управление. 2018. № 1. С. 34-41.