Согласно статье 1129 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в исключительных случаях, когда гражданин находится в положении, явно угрожающем его жизни, и составление по общим правилам невозможно, предусматривается возможность собственноручного написания и подписания в присутствии двух свидетелей завещания в простой письменной форме [3]. Отсутствие альтернативных вариантов ярко контрастирует в сравнении с зарубежным законодательством, что не позволяет в равной степени воплощать свободу завещателя [5, с. 85]. Поскольку угроза жизни возникает в результате непредвиденных катастроф, стихийных бедствий, вооружённых конфликтов или при резком ухудшении здоровья, объективная возможность самостоятельного написания завещания в письменной форме может просто отсутствовать. Например, у лица, под воздействием различных негативных факторов, может возникнуть сильное физическое недомогание, нарушение функций опорно-двигательного аппарата, либо просто не окажется с собой листа бумаги или иного подходящего для этой цели предмета.
Усложняется данная проблема и тем, что требование о присутствии свидетелей выступает дополнительным препятствием для его совершения. Чрезвычайные обстоятельства, как правило, возникают непредвиденно для конкретного человека, и рядом может не оказаться необходимого лица, способного выступить свидетелем. Нельзя исключать и то, что свидетели нередко сами находятся в чрезвычайных обстоятельствах и перспектива стать наследодателями раньше завещателя имеет место быть.
Для решения данных проблем необходимо предусмотреть такую форму, которая позволила бы точно и дословно передать волю наследодателя с использованием минимальных человеческих сил в сравнении с существующим порядком составления чрезвычайного завещания, исключив наибольшее количество препятствий в виде ранее перечисленных ситуативных случаев. Помимо этого, надо чётко определить роль свидетелей в том объёме, который бы преимущественно обеспечил возможность осуществлять поддержку в самом процессе составления завещания при отсутствии такой возможности у наследодателя, а не выступал в качестве императивного требования его подлинности. В основе направления новой формы должен лежать гибкий и современный метод фиксации слов наследодателя, соответствующий тенденции цифровизации гражданского оборота.
С этой целью уместным видится обращение к опыту развитых зарубежных стран, где на законодательном уровне успешно реализуется многообразие нетипичных форм завещания. Так, например, в Дании и Китайской народной республике (далее – КНР) активно используется устная форма завещания, которая хоть и является исторически первой сложившейся формой, но представляет наибольший интерес по причине её динамического развития в результате которого активная цифровизация гражданского оборота способствовала появлению новых требований и условий. Для решения вопроса о возможности её рецепции необходимо рассмотреть подробнее особенности правового регулирования и, в частности, требования к оформлению такого завещания.
В гражданском законодательстве КНР основным нормативно-правовым актом, регулирующим порядок завещания, является Закон «О наследовании», который по аналогии с нашим разрешает составление завещания в чрезвычайных обстоятельствах, но предусматривает устную форму. Основным требованием к его составлению выступает нахождение лица в предсмертном состоянии во время военных действий, когда не имеется возможность оформить его в иной форме. Для фактического оформления и фиксации устной воли не устанавливается строгих требований и завещателю достаточно произнести необходимые указания по переходу его имущества после смерти в присутствии свидетелей, но, для устранения возможных спорных моментов в судебном процессе, может быть использована как традиционная простая письменная форма одним из свидетелей, так и совершенно неизвестные нашему наследственному праву современные технические средства аудио или видеозаписи, вызывающие наибольший интерес в рамках исследуемого вопроса [4].
Технические средства фиксации слов завещателя, к которым можно отнести диктофоны, мобильные устройства, видеокамеры, имеющиеся у всего населения, в последние несколько лет стали использоваться в КНР не только при составлении завещания в чрезвычайных обстоятельствах, но и постепенно пришли на смену традиционной форме. Казалось бы, актуализация составления завещания с использованием технических средств должна была положительным образом сказаться на формировании чёткой правовой регламентации, но на практике фигурирует обратная составляющая, порождающая множество вопросов. В основе, отсутствует указание роли свидетелей в данном процессе, а именно необходимости их присутствия и подтверждения наличия записи [7, С.189]. Как отмечают зарубежные исследователи, такой пробел приводит к нередкому злоупотреблению со стороны недобросовестных наследников, которые адаптировались к современным условиям и стали использовать подлог и искажение завещания [2]. Возможно, вытекающие последствия не смогли бы найти отражения, если устная форма использовалась исключительно в особых обстоятельствах, но, когда речь идёт об альтернативе нотариальной форме, возникает серьёзная проблема, требующая изменений в законодательстве. По этой причине нельзя рассматривать вопрос о рецепции на основе единичного примера без сравнительного анализа с иной системой. Подобный подход позволит выработать не только оптимальное, но и основанное на учёте ошибок зарубежного опыта решение.
Поэтому, исходя из вышесказанного, разумным видится создание промежуточной модели устной формы завещания с использованием технических средств фиксации, которая смогла бы совмещать в себе наиболее эффективные элементы из каждого ранее рассмотренного варианта. Предполагается, что устная форма смогла бы найти отражение в законодательстве Российской Федерации в качестве дополнения к существующему порядку составления чрезвычайных завещаний. Перспективным видится использование современных методов фиксации устного волеизъявления в виде видеозаписи или аудиозаписи в присутствии двух свидетелей, когда у наследодателя в силу физических недостатков не имеется возможности составить завещание в простой письменной форме. В сравнении с простой письменной формой, которую предлагается сохранить в качестве альтернативного варианта, фиксация последней воли завещателя могла бы производиться с помощью камеры любого записывающего технического устройства (планшета, мобильного телефона, видеокамеры, фотоаппарата) в форме видеозаписи, а также в форме аудиозаписи (рекордеры, диктофоны). Сохранение записи может осуществляться как на внутреннее, так и на внешнее запоминающее устройство, которое в последующем должно быть незамедлительно передано свидетелями в управление Министерства юстиции или Нотариальную палату соответствующего субъекта РФ. В остальных же аспектах, положения пункта 2-4 статьи 1129 ГК РФ должны сохраняться и в отношении новой формы.
Реализация же процедуры опечатывания конверта кажется излишней и неэффективной. В условиях доступности экспертизы, сомнения заинтересованного лица в подлинности записи возможно опровергнуты на основе современных методов, что является наилучшим способом защиты законных прав наследников в спорных ситуациях. Саму же фальсификацию аудио или видеозаписи можно оценить, как довольно трудоёмкую и проблематичную механическую манипуляцию, требующую довольно серьёзных ресурсов, что на практике легко распознаётся опытным экспертом [1, С.92]. По этой же причине мной предлагается допустить возможность составления завещания без присутствия свидетелей при нахождении наследодателя в условиях изолированности от контактов с другими лицами, отсутствия возможности коммуникации. Электронные записывающие устройства в таком случае позволят в определённой степени идентифицировать личность наследодателя и будут являться единственным способом доказательства составления такого завещания. По большей мере это позволит расширить возможности и права граждан в сфере наследственных правоотношений, а также предоставить доступ к нетипичной форме независимо от сложившихся обстоятельств.
Введение устной формы завещания с использованием технических средств должно являться необходимым шагом в своевременном информационном развитии нашего общества. Её рецепция должна сопровождаться тщательным изучением всех положительных и отрицательных аспектов зарубежного опыта, что позволит решить все существующие проблемы на практике. Рациональным решением было бы первоначально заложить её основы для завещания в чрезвычайных обстоятельствах.
Библиографический список
1) International succession forth edition / L. Garb, J. Wood. Oxford University Press, 2015. 943 p. Garb Louis, Wood John. International Succession: Oxford Academ, 2015. Р. 241.
2) Wei J. Print, video wills proposed for civil code. Chinadaily. 2018. August 28.URL:http://www.chinadaily.com.cn/a/201808/28/WS5b8501bca310add14f38837d.html.
3) Гражданский кодекс Российской̆ Федерации (часть третья): Федеральный закон РФ от 26.11.2001 № 146-ФЗ (ред. от 18.03.2019) // Собр. законодат. Рос. Федерации. - № 49. - 03.12.2001. - Ст. 4552.
4) Закон КНР 1985 г. «О наследовании». URL: http://chinahelp.me/notary/zakon- knr-o-nasledovanii.
5) Кожокарь И.П. Пробел законодательства как дефект механизма гражданско- правового регулирования // Власть закона. 2016. 2(26). С. 85–95.
6) Сабылина А.И. Осуществление аудио- и видеозаписей в целях самозащиты и их использование в качестве доказательств в суде. // Актуальные проблемы российского права. – 2017. - №(4). - С.89-95
7) Сучкова Т.Е., Кощеева А.Ю. Сравнительно-правовой анализ института наследования по завещанию в Китае и России // Актуальные проблемы реформирования современного законодательства: сб. ст. междунар. науч.- практ. конф. 2018. С. 188–192.