В настоящее время приобретает всё большие объёмы информации передаются людьми посредством взаимодействия через цифровые технологии, благодаря простоте такого сообщения. На сегодняшний день общество активно взаимодействует со сферой информационных технологий и общий уровень владения соответствующей электронно-вычислительной техникой у пользователей растёт с каждым днём. Повсеместное повышение темпов роста технологического прогресса привело к тому, что вся правовая информация и юридические действия граждан стали систематизироваться в определённых информационных базах данных, контролем и ведением которых занимаются соответствующие государственные органы, отвечающие за ту или иную отрасль права.
Таким образом, можно говорить о своеобразной сформированной цифровой реальности. Государственные информационные порталы, целые экосистемы различных сервисов и прочее создали необходимость в урегулировании обращения пользователей с данными ресурсами.
Через данную необходимость мы подходим к очевидному выводу – существовании «цифрового права». Данный термин можно понимать по-разному, например, как новое направление государственного регулирования в сфере информационно-телекоммуникационных технологий, или же как явление, которое способно в перспективе заново отформатировать правовую систему и предложить вместо нынешнего деления правовой системы на отрасли что-то совершенно новое. Например, деление права на «цифровое» и «аналоговое» или «фундаментальное» и «прикладное» [1].
Исходя из уникальности такого направления как цифровое право, необходимо выделять некоторые отличительные черты, которые позволяют отграничить его от уже существующих отраслей права.
К самой важной особенности цифрового права в сравнении с уже существующими отраслями, можно отнести особенность сферы регулирования. Согласно системному анализу актуального законодательства, можно сделать вывод, что регулируются имущественные права, которые определены именно информационной системой, урегулированной на данный момент. Сама особенность непосредственно заключается в малом объёме информации для регулирования и краткости промежутка, когда данная информация будет действительно актуальна. В том числе, можно встретить сразу несколько проблем, которые законодатель создаёт для лиц, решивших обратиться к сделкам с помощью цифрового права. Общая проблема заключается в декларативном характере данной категории прав, и чрезмерном отсылочном характере норм.
Декларативный характер выделяется именно несвоевременностью внесения законодателем изменений в данную область прав, и низком интересе в её урегулировании. Данный вывод можно сделать исходя уже из анализа существующей законодательной базы в области информационных технологий впринципе [2].
Чрезмерный отсылочный характер же заключается в постоянном обращении законодателя к состоянию информационной системы в период применения норм гражданского законодательства в данной сфере. Здесь необходимо говорить о том, что сделки как таковые более динамичны и требует большей диспозитивности, чем указывает законодатель. Ведь для переработки нормативно-правовых актов в сфере информационных технологий под современный технологический прогресс требуется большое количество времени, не говоря уже о характере подготовки и тщательной проработке всех изменений. А отсюда уже проявляется проблема невозможности субъектов гражданских правоотношений совершать различные сделки через область цифрового права, с соблюдением законодательства в частности.
Спорным моментом так же является и упоминание в пункте 1 статьи 141.1 Гражданского кодекса следующего положения: «Цифровыми правами признаются названные в таком качестве в законе обязательственные и иные права» [3]. С одной стороны, здесь можно увидеть положительную сторону в том, что с помощью императивного характера, мы можем увидеть конкретику в отнесении конкретного права. Если закон считает данное право цифровым, то его природа будет относиться конкретно к данному типу правоотношений. Но с другой же стороны, здесь можно говорить теперь и о том, что некоторые виды прав, которые в доктрине считались смешанными, и основывались с одной стороны на имущественном характере, а с другой – на невозможности существования без соответственной информационной системы – теперь находятся в подвешенном состоянии, пока не будут законодательно определены.
Исходя из перечисленной проблематики, можно сделать вывод о том, что законодатель всё же предпринимает определённые меры к совершенствованию и урегулированию области цифровых прав, хотя и с применением спорной юридической техники. Также, можно увидеть явную ориентацию законодателя на первоочередное определение вопроса стабильного существования цифровой экономики ещё с момента внесения достаточно проблемных поправок в как в Гражданский кодекс Российской Федерации, так и ряда федеральных законов, призванных урегулировать информационное пространство [4]. В любом случае, данная специальная отрасль права ещё достаточно молода для отечественного права впринципе, поэтому говорить об успешности различных инициатив в этой области, или же о наличии противоречий имеет смысл лишь с учётом того, что со стороны государственных органов будут предприниматься более активные попытки стабильной цифровизации различных сфер жизни нашего общества, ведь только в таком случае возможно гармоничное функционирование таких сложных механизмов.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:
- Цифровое право. Общая часть: учебное пособие / В. Э. Волков. – Самара: Издательство Самарского университета, 2022
- Федеральный закон "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" от 27.07.2006 N 149-ФЗ
- "Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)" от 30.11.1994 N 51-ФЗ.
- Федеральный закон "О связи" от 07.07.2003 N 126-ФЗ