Современное развитие российских экономических отношений, усложнение их субъектного состава и содеражния порождает необходимость в их более детальном правовом регулировании. В связи с этим в 2008 году была введена в действие четвертая часть Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) [1], которая урегулировала в главе 76 правоотношения, связанные с использованием и защитой результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации. Так, согласно статье 1225 ГК РФ, результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий предоставляется правовая охрана. Также, исходя из содержания статьи 1229 ГК РФ, правообладатель вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом, в том числе разрешать его использование другим лицам, при том, что даже отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Это показывает высокую степень защиты законом интересов правообладателя
Стоит отметить, что важность защиты данного права зачастую продиктована экономической составляющей гражданского права, а именно с теми положениями, что свободное перемещение товаров и услуг, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности, запрет деятельности, направленной на недобросовестную конкуренцию, являются основополагающими конституционными принципами регулирования предпринимательской деятельности в Российской Федерации.
Помимо этого, отдельные категории объектов данного исключительного права, хоть и не имея явной экономической составляющей, имеют не меньшую потребность в охране со стороны законодателя в связи с их связью с различными нематериальными благами, таких, как репутация, имидж и другие
Способам защиты исключительного права на произведение посвящена статья 1301 ГК РФ, которая устанавливает компенсацию, выплата которой правонарушителем в пользу правообладателя призвана восстановить нарушенное право, возместить вред из-за неправомерных действий, как указывает Т.Н Халбаева [6]. Данная статья устанавливает 3 способа исчисления данной выплаты судом:
1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;
2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;
3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.
Если с двумя последними способами исчисления как в теории, так и в практике вопросов возникает не так много, то вот первое положение уже давно находится в поле зрения правоведов. Связано это с тем, что данный пункт устанавливает беспрецедентно большой разброс, в котором судьи вправе определить размер гражданско-правовой ответственности.
В настоящей работе мы постараемся рассмотреть данный вопрос на примере конкретного дела, рассмотреть мнения различных судебных инстанций, относительно данной правовой нормы, и высказать своё мнение по нему
Для особой наглядности рассмотрим судебное решение, содержащее очевидное несоответствие размера компенсации характеру и сущности правонарушения. Так, с 2016 года по 2017 года в судах различных уровней, разрешался спор между некоммерческим партнерством"Новосибирский профессиональный хоккейный клуб «Сибирь» (истец) и ООО «Пивной бутик» (ответчик) [3]. Суть спора состояла в том, что ответчик незаконно использовал в рекламных целях на своей вывеске изображение, а именно произведение изобразительного искусства, представляющее собой изображение снежинки, расположенной в центре бело-синей окружности, по краям которой размещена надпись «SIBIR HOCKEY CLUB.NOVOSIBIRSK», права на которые были зарегистрированы за истцом в законном порядке. В изначальных требованиях истец просил суд назначить 100.000 рублей компенсации в пользу хоккейного клуба, предусмотренной статьей 1301 ГК РФ. Однако суды не разделили мнение истца, назначив минимально возможный размер компенсации в 10.000 рублей. На наш взгляд, в данном случае правоприменители не учли явно более высокую стоимость предполагаемого лицензионного договора на данный объект с учетом использования его ответчиком и особенный статус исключительного права на произведение интеллектуальной собственности, объект которого в данном случае имеет огромную экономическую роль в предпринимательской деятельности истца. Назначив минимально возможный размер ответственности по данному пункту, за очевидное, полностью доказанное истцом нарушение исключительного права, с учетом профессиональности участников правоотношений, суд фактически дозволяет на выгодных для ответчика условиях нарушение данного права и отступает от принципов разумности и справедливости при назначении компенсации, которые указаны в статье 1251 ГК РФ.
В последние годы Верховный и Конституционные Суды РФ несколько раз рассматривали особенности практической реализации данной нормы
Сначала высказался Конституционный Суд РФ. В своём Постановлении от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» [4] и признал данную норму не соответствующей Конституции РФ по причине невозможности судами снизить минимальный порог компенсации. Однако, как указывает, например, А. С. Ворожевич, Верховный Суд РФ в отдельных случаях допускал снижение минимальной суммы компенсации [2]. К огромному сожалению, более никаких правовых позиций по данному вопросу ни в данном Постановлении, ни в других решениях Конституционного Суда не содержится.
В 2019 году, Верховным Судом РФ принято Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» [5], отражение в котором нашло и разъяснение применения рассматриваемой нами нормы. Механизмам исчисления компенсации по статье 1301 посвящены пункты 59-65. К примеру, пункт 62 указывает, что размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован и при определении размера он должен учесть, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Данные положения, на наш взгляд, не способствуют формированию эффективного и справедливого механизма для исчисления размера компенсации по причине крайне общих и размытых критериев, трактование судом которых может привести к возникновению несоответствия суммы, выплачиваемой правонарушителем в пользу правообладателя. Помимо этого, спорным кажется разъяснение, представленное в пункте 65 по вопросу определения судом многократности фактов правонарушения: «Распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок»
Таким образом, различные судебные инстанции, хоть и делая попытки разъяснить порядок применения и определения компенсации, предусмотренной пунктом 1 статьи 1301 ГК РФ, не смогли решить проблемы и сложности, возникающие в правоприменительной практике.
Противоречивость и вариативность подходов судов к возможности определения размера компенсации демонстрирует, что в судебной практике отсутствует понимание правовой природы компенсации правообладателя за нарушение его прав на основании статьи 1301 ГК РФ. К сожалению, позиции высших судебных инстанций не разрешили проблему. Как показывает практика, суды всегда снижают размер компенсации, опасаясь обогащения правообладателя. Вместе с тем, они не учитывают штрафной характер компенсации, выплачиваемой на основании пункта 1 статьи 1301 ГК РФ, на что и указывал Конституционный Суд РФ, направленной не только на восстановление нарушенных прав автора, но и на превенцию подобных нарушений в будущем. Все изложенное, приводит нас к выводу о необходимости Верховному Суду РФ более четко выразить позицию относительно применения ответственности в виде компенсации за нарушение исключительных прав автора.
СПИСОК ИСТОЧНИКОВ
[1] Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) [электронный ресурс]: федер. закон от 18.12.2006 № 230-ФЗ (ред. от 31.07.2020). Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
[2] Ворожевич А.С. Суд не вправе по собственной инициативе уменьшать компенсацию за незаконное использование товарных знаков ниже минимального предела. 2018
[3] Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2016 по делу № А45-9338/2016 [электронный ресурс]. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
[4] По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края [электронный ресурс]: Постановление Конституционного суда РФ от 13.12.2016 № 28-П. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
[5] О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации [электронный ресурс]: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
[6] Халбаева Т.Н. Применение на практике отдельных способов защиты исключительных прав на произведения. 2013.