Правовое обеспечение защиты прав потребителей товаров, работ и услуг

Исследуемая тема не теряет своей актуальности с течением времени, ввиду того что рыночные отношения меняются, меняется сам рынок, «правила игры» диктуют крупные компании, а потребитель, чаще всего, физическое лицо, гражданин, который нуждается в защите своих прав как потребитель и выступает в роли стороны экономически более слабой.

Конституция РФ в ст. 2 провозглашает: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека - обязанность государства»[1, абз.35]. Этот принцип является центральным в системе основ конституционного строя.

Права и свободы человека принадлежат последнему и носят непосредственный, неотъемлемый и неотчуждаемый характер. Эти права и свободы не устанавливаются государством, их наличие признается им, государство гарантирует, соблюдает и защищает свободы и права человека. Это положение также означает, что ни народ, ни государство на общенародном референдуме не может отобрать у человека какое-либо из его естественных прав.

Данный конституционный принцип недвусмысленно указывает на то, что любые права гражданина должны быть защищены, в том числе и как потребителя товаров, работ и услуг.

Нормы об ответственности за вред, причиненный вследствие дефектов товаров, работ и услуг прописаны в параграфе 3 Главы 59 ГК РФ «Возмещение вреда, причиненного вследствие недостатков товаров, работ или услуг»[2, абз.5510]. Обязательство, как вид правоотношений в законодательстве нашей страны, по возмещению ущерба, причиненного товарами, работами или услугами, имеет внедоговорную правовую природу. Неимение договорных отношений между изготовителем, услугодателем, продавцом, подрядчиком и потребителем не лишает последнего права адресовать соответствующий иск одному из вышеуказанных лиц в порядке статьи 1095 ГК РФ[1].

Ещё одной особенностью рассматриваемых отношений является их непосредственное отношение к гражданско-правовой ответственности. Гражданско-правовая ответственность считается одним из разновидностей юридической ответственности. Обобщающий признак этих видов ответственности – государственное принуждение.

Для гражданско-правовой ответственности характерно не всякое государственное принуждение, а такое принуждение, которое можно применить только когда появляются негативные имущественные последствия, появляющиеся в взаимосвязи вместе с несоблюдением, а кроме того неразумным осуществлением договорных обязанностей и внедоговорных обязательств  - деликтных обязательств.

Деликтным называется обязательство, в силу которого лицо, причинившее вред личности или имущественным правам гражданина или организации, и обязано этот вред возместить в полном объеме. Деликтные обязательства – это охранительные правоотношения, которые по своей направленности обеспечивают защиту имущественных прав юридических и физических лиц от возможных посягательств на них, а в случае их нарушения и причинения ущерба должны воссоздать имущественную сферу пострадавшей стороны до такого состоянии, в каком она находилась до правонарушения.

Абсолютное понимание о представлении, а также сути деликтных обязательств дано дореволюционным правоведом Г.Ф. Шершеневичем в учебнике русского гражданского права[2]. Он говорил, что «...основанием для возникновения обязательственного отношения является гражданское правонарушение. Под этим именем понимается недозволенное действие, нарушающее чужое субъективное право причинением имущественного вреда. Вследствие такого факта между лицом, причинившим вред, и лицом, потерпевшим вред, устанавливается отношение, в силу которого первый обязывается возместить понесенные вторым имущественные убытки»[3,с.392].

Также кажется необходимым выделить особую роль делитных обязательств в сфере охраны здоровья и жизни граждан, их собственных неимущественных интересов. И в случае, когда дефекты товара (работы, услуги) являются следствием причинение вреда здоровью, жизни или имуществу, отношения, которые формируются из возмещения такого вреда, такие отношения также должны регулироваться нормами о деликтных обязательствах. Эта группа норм касается в основном отношений с участием граждан потребителей (розничная торговля, бытовые услуги) кроме того, они применяются для непроизводственных (некоммерческих) юридических лиц.

Правовой институт такой ответственности за вред, который причинен потребителю либо его имуществу дефектами товара, работы либо услуги, не может считаться новшеством ни отечественного права, ни законодательства зарубежных стран. Данному правовому институту насчитывают многовековую историю в юриспруденции стран Европейского Союза.

Нормы права, регулирующие ответственность за вред, причиненный вследствие дефектов товаров, работ и услуг, были впервые закреплены в законе СССР от 22.05.91г. №2184-1 «О защите прав потребителей». В данный момент вопрос регулирования ответственности за вред, нанесенный по причине дефектов товаров, работ и услуг регулируется следующими нормативными актами:

1. Закон РФ от 07.02.1992 N 23ОО-1 "О защите прав потребителей"
2. Гражданский кодекс Российской Федерации
3. Международные договоры.

Если сопоставлять данные акты, то можно признать их идентичными, кроме того момента, что в «Законе о защите прав потребителей» потребителем считается исключительно физическое лицо, в то время как ГК РФ называет потребителем  не только гражданина, но и юридическое лицо, при условии, что товар (работа, услуга) должны быть приобретены для личных (бытовых) целей.

Ответственность за ущерб, нанесенный дефектами товаров, работ или услуг имеет свои специфические цели, которые направлены на расширение круга ответственности продавца (изготовителя) с целью минимизации дисбаланса в экономических отношениях между потребителем и предпринимателем.

Несмотря на наличие данного института ответственности, далеко не всегда его механизм работает четко и справедливо. Одной из причин можно назвать статусное различие сторон. Ведь в таких спорах, зачастую, одна сторона – это юридическое лицо, а вторая – гражданин и, как говорилось выше, уже заведомо слабая сторона в споре. А если спор возникает между гражданином, а с другой стороны государство (например, спор об оспаривании нормативных актов, которые приводят к ущемлению прав граждан), то можно предположить, что суды в большей степени вероятности займут сторону законодателя.

Для примера можно рассмотреть дело  № АКПИ20-521 2020 года[3] - Решение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 30.09.2020 N АКПИ20-521[4, абз.1]. Где истцом была гражданка РФ, а ответчиком Правительство РФ, и последним было поручено представлять свои интересы в Верховном Суде Российской Федерации Федеральному агентству по туризму.

Проблема, с которой столкнулись многие граждане нашей страны в 2020 году – закрытие границ из-за пандемии, и возврат денежных средств за оплаченные туры или замена тура.

Осетрова Н. обратилась с иском в Верховный суд РФ о признании не соответствующими нормам законодательства пунктов 5-7 Положения об особенностях на 2020 и 2021 годы исполнения и расторжения договора с туроператором об осуществлении туристского продукта, заключенного по 31 марта 2020 г. включительно[4]. Нормативный документ опубликован 24 июля 2020 г. на официальном интернет-портале правовой информации [5, абз. 1].

Осетрова Н. в своих доводах указывает на то, что по своей природе приостановление исполнение денежных обязательств, которое юридически указано в оспариваемых нормах, туроператора перед потребителями в связи с расторжением соглашений, считается фактическим мораторием, то есть отсрочкой выполнения обязательств туроператоров перед покупателями услуг. Истец считает, что Положение, которое  издано Правительством РФ, издано с превышением полномочий. По мнению Осетровой Н.В. вопросы, которые касаются кредитных обязательств, а в рассматриваемом деле - повышение срока исполнения денежного обязательства в трудных для заимодавца условиях, относятся к предмету регулирования законодательства о банкротстве и не могут рассматриваться отдельно от его использования и/или системного трактования, также истец указывает на то, что в оспариваемом акте нет положений, которые бы учитывали требуемые гарантии и мероприятия по защите прав лиц, чьи имущественные интересы ими затрагиваются, ограничивающие гражданские права участников правоотношений.

Согласно положениям статьи 779 ГК РФ соглашение об осуществлении туристского продукта по собственной правовой натуре считается соглашением возмездного оказания услуг согласно туристическому сервису (пункт 2), и согласно этим положениям исполнитель, а в рассматриваемом деле туроператор, обязан оказать заказчику (туристу) совокупность туристических услуг.

Договор возмездного оказания услуг в соответствии с пунктом 1 статьи 422 ГК РФ должен отвечать законодательству Российской Федерации, в том числе законодательству о защите прав потребителей,  в частности необходимо соответствие неотъемлемым для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, которые действуют на момент заключения договора. Если же в момент действия договора принимается закон, который устанавливает иные обязательные для сторон правила, которые отличаются от тех, которые действовали на момент заключения договора, требования рассматриваемого соглашения сохраняют силу, помимо ситуации, когда в законе прямо определено, что его действие распространяется на отношения, которые возникли из договоров, заключенных ранее (пункт 2 статьи 422 ГК РФ).

Верховный Суд Российской Федерации по рассматриваемому делу решил: в удовлетворении административного искового заявления Осетровой Н. отказать.

Анализируя данное дело, можно сделать вывод, что хоть и есть все правовые регуляторы защиты прав потребителей, но по факту законодатель имеет больше власти и возможностей для своих действий. Во-первых, действительно непонятен такой затяжной срок возврата денежных средств. Законодатель своим Положением «разрешил» туроператору по сути кредитоваться беспроцентно за счет потребителя, и в это же время, не дал гражданам никаких рычагов давления на туроператора. Во-вторых, законодатель распространяет действие своего Положения на отношения, которые возникли ранее, ухудшая тем самым положение граждан.

Получается двоякая ситуация: меры защиты в законодательстве есть, а по факту статус и рычаги давления у второй стороны. Все подобные иски от граждан на возврат денежных средств за неполученный продукт в виде тура оставались без удовлетворения, все решения суда заканчивались решением – «отказать в удовлетворении иска». Судья при вынесении решения, как мы полагаем, будет опираться на судебную практику и навряд ли при стороне-ответчике такой как государство судья пойдет в разрез сложившейся судебной практики. 

Ещё одной обсуждаемой в литературе проблемой является проблема выбора причинителя вреда, если товар с дефектом, например, изготовлен в другой стране, а непосредственно сам дефект обнаружен или проявился в России.

Как в России, так и во многих других государствах выбор права, который применяется к обязательствам, которые возникают по причине причинения вреда дефектами товара, работы или услуги, такие правила занимают особое место в регулировании внедоговорных обязательствах. В настоящее время можно выявить тенденцию появления специальных норм в различных актах, что, безусловно, говорит о развитии коллизионного регулирования в этой сфере. И заметно становится ограничения действия генерального принципа применения права, которое подлежит использованию критерия места причинения ущерба, в сторону особых коллизионных привязок либо гибких коллизионных норм[5].

Что касается Российской Федерации, то в нашей стране нужно полагаться на правила толкования терминов, юридических конструкций, которые закреплены в казуальных нормах российского законодательства. Данные правила прописаны в ст. 1187 ГК РФ и обязывают осуществлять разъяснение юридических понятий в соответствии с отечественным правом. Таким образом, толкование терминов, юридических понятий, которые содержатся в рассматриваемых нормах российского законодательства, определяются на основании российского права, соответственно, изложение данной нормы должно осуществляться в соответствии со статьей 1095 ГК РФ. Вот почему правоотношения, которые возникают в силу определения ответственности за вред, причиненный вследствие дефекта товара, работы или услуги, должны рассматриваться не в рамках предпринимательский деятельности, а в плоскости отношений, осуществляемых в потребительских целях.

Потерпевшим может оказаться как физическое, так и юридическое лицо, и статья 1221 ГК РФ предоставляет возможность выбора права, которое применяется в регулировании правоотношений с причинителем вреда на основании выбора из трех вариантов: 1) право государства, где имеет место жительства или основное место деятельности  изготовитель или продавец товара либо иной причинитель ущерба; 2) право государства, где имеет место жительства или основное место деятельности пострадавий; 3) право государства, в каком месте был получен товар или где была осуществлена работа, оказана услуга.

Если причинитель вреда сможет обосновать, аргументировать, что он не мог предугадать и не должен был предвидеть продвижение товара в соответствующей стране, то реализация выбора права пострадавшим ограничивается согласно двум последним подпунктам. Важным правилом, которое содержится в ст.1221 ГК РФ, можно назвать выбор права сторонами по соглашению между собой, которое подлежит применению к требованию о возмещении ущерба, причиненного вследствие дефекта товара.

Также по конструкции ст.1221 предусмотрено преимущественное право потерпевшего,  в качестве общего статутного начала, на выбор права, которое может быть использовано и в отсутствие соглашения сторон. Однако в литературе высказывается мнение, что именно у потерпевшего в любом случае, как экономически более слабой стороны, существует приоритет в выборе применимого права по сравнению с причинителем вреда. Таким образом, учитывая вышеизложенное, можно выразить мнение, что соглашение сторон о выборе права, которое подлежит применению к требованию о возмещении ущерба, причиненного вследствие дефектов товара, работы или услуги, выступает в качестве вспомогательного коллизионного начала.

Правила статьи 1221 ГК РФ также распространяются к требованиям о возмещении ущерба, который причинен не только вследствие дефектов товара, работы или услуги, но и по причине недостоверной или недостаточной информации о товаре, работе или об услуге.

Подводя итог можно сделать выводы, что нормы защиты прав потребителей содержит ГК РФ, в котором представлены общие положения. Но широкое разнообразие случаев причинения вреда, требует казуистичности в правовом регулировании. Закон «О защите прав потребителей» можно назвать специальным законом, регулирующий отношения между потребителем и продавцом (изготовителем), исполнителем работы или услуги, в т.ч. по возмещению вреда, причиненного вследствие недостатков товаров, работ и услуг[6].

Однако сравнительный анализ ст. ст. 1095-1098 ГК РФ и ст. 14 Закона «О защите прав потребителей» дает основание делать вывод об идентичности в содержании указанных норм. За исключением того, что Закон «О защите прав потребителей» в качестве потребителя признает только гражданина. Таким образом, нельзя однозначно утверждать, что регулятором отношений по возмещению ущерба, причиненного вследствие дефектов товаров, работ и услуг, является исключительно Закон «О защите прав потребителей».  Так, в случае, если потерпевшим-потребителем является гражданин, то обязательство по возмещению вреда, по причине недостатков товаров (работ, услуг) подлежит регулированию ГК РФ, а также Законом «О защите прав потребителей», однако, если потерпевшим является юридическое лицо, то к таким отношениям применяется только ГК РФ.

---

Литерaтурa

1. СПС Кoнсультaнт Плюс: "Кoнституция Рoссийскoй Федерaции" (принятa всенaрoдным гoлoсoвaнием 12.12.1993 с изменениями, oдoбренными в хoде oбщерoссийскoгo гoлoсoвaния 01.07.2020)
2. СПС Кoнсультaнт Плюс: "ГК РФ (чaсть втoрaя)" oт 26.01.1996 N 14-ФЗ (ред. oт 01.07.2021, с изм. oт 08.07.2021) (с изм. и дoп., вступ. в силу с 01.01.2022)
3. Шершеневич Г.Ф. Учебник русскoгo грaждaнскoгo прaвa (пo издaнию 1907 гoдa) – 1995г.
4. СПС Кoнсультaнт Плюс: Решение Судебнoй кoллегии пo aдминистрaтивным делaм ВС РФ oт 30.09.2020 N AКПИ20-521 <Oб oткaзе в удoвлетвoрении зaявления o признaнии недействующими пунктoв 5 - 7 Пoлoжения oб oсoбеннoстях нa 2020 и 2021 гoды испoлнения и рaстoржения дoгoвoрa o реaлизaции туристскoгo прoдуктa, зaключеннoгo пo 31 мaртa 2020 гoдa включительнo, турoперaтoрoм, oсуществляющим деятельнoсть в сфере внутреннегo туризмa, и (или) въезднoгo туризмa, и (или) выезднoгo туризмa, либo турaгентoм, реaлизующим туристский прoдукт, сфoрмирoвaнный тaким турoперaтoрoм, включaя oснoвaния, пoрядoк, срoки и услoвия вoзврaтa туристaм и (или) иным зaкaзчикaм туристскoгo прoдуктa уплaченных ими зa туристский прoдукт денежных сумм или предoстaвления в иные срoки рaвнoзнaчнoгo туристскoгo прoдуктa, в тoм числе при нaличии oбстoятельств, укaзaнных в чaсти третьей стaтьи 14 Федерaльнoгo зaкoнa "Oб oснoвaх туристскoй деятельнoсти в Рoссийскoй Федерaции, утв. Пoстaнoвлением Прaвительствa РФ oт 20.07.2020 N 1073>
5. СПС Кoнсультaнт Плюс: Пoстaнoвление Прaвительствa РФ oт 20.07.2020 N 1073 (ред. oт 02.04.2022) "Oб утверждении Пoлoжения oб oсoбеннoстях нa 2020 - 2022 гoды испoлнения и рaстoржения дoгoвoрa o реaлизaции туристскoгo прoдуктa, зaключеннoгo пo 31 мaртa 2020 г. включительнo, турoперaтoрoм, oсуществляющим деятельнoсть в сфере внутреннегo туризмa, и (или) въезднoгo туризмa, и (или) выезднoгo туризмa, либo турaгентoм, реaлизующим туристский прoдукт, сфoрмирoвaнный тaким турoперaтoрoм, включaя oснoвaния, пoрядoк, срoки и услoвия вoзврaтa туристaм и (или) иным зaкaзчикaм туристскoгo прoдуктa уплaченных ими зa туристский прoдукт денежных сумм или предoстaвления в иные срoки рaвнoзнaчнoгo туристскoгo прoдуктa, в тoм числе при нaличии oбстoятельств, укaзaнных в чaсти третьей стaтьи 14 Федерaльнoгo зaкoнa "Oб oснoвaх туристскoй деятельнoсти в Рoссийскoй Федерaции".
6. Белoкурoвa Е.В. Oбязaтельствa вследствие причинения вредa в сooтветствии с нoрмaми рoссийскoгo грaждaнскoгo прaвa. Еврaзийский сoюз ученых. – М: 2016
7. Белякoвa A.М. Грaждaнскo-прaвoвaя oтветственнoсть зa причинение вредa. М.: Издaтельствo Мoскoвскoгo университетa, 1986; Мaркoвa O.A. Сooтнoшение дoгoвoрнoй и деликтнoй oтветственнoсти в сфере зaщиты прaв пoтребителей // Прaвo и экoнoмикa. 2010. №9.
8. Ершoв В.A., Сутягин A.В., Кaйль A.Н. Пoстaтейный кoмментaрий к Грaждaнскoму кoдексу Рoссийскoй Федерaции // СПС Кoнсультaнт Плюс: Кoмментaрии зaкoнoдaтельствa, 2009
9. Кинжибекoв, В. В. Aктуaльные вoпрoсы кoллизиoннoгo регулирoвaния вoзмещения вредa, причиненнoгo недoстaткaми тoвaрoв, рaбoт, услуг - 2016.
10. Кoреневa В.Г. «Oтветственнoсть зa недoстaтки тoвaрoв, рaбoт и услуг кaк oсoбый вид деликтнoй oтветственнoсти в грaждaнскoм прaве Рoссийскoй Федерaции»
11. Рузaнoвa Е.В. К вoпрoсу o сooтнoшении деликтнoй и дoгoвoрнoй oтветственнoсти // Юрист. 2006. №8
12. СПС Кoнсультaнт Плюс: ПП ВС РФ oт 24.03.2016 N 7 "O применении судaми некoтoрых пoлoжений ГК РФ oб oтветственнoсти зa нaрушение oбязaтельств"
13. Шершеневич Г.Ф. Учебник русскoгo грaждaнскoгo прaвa (пo издaнию 1907 гoдa) – 1995г.

---