В классическом представлении гражданско-правового обязательства видится правовая связь двух сторон – кредитора и должника, одна из которых (кредитор) наделена правом, а другая (должник) несет обязанность.
Однако, в силу динамичности развития современного имущественного оборота, в классическую конструкцию гражданско-правового обязательства, представляющее правовую связь кредитора и должника, встраивается конструкция третьего лица, которое в силу положений закона, иных нормативных правовых актов, а также соглашения сторон может влиять на обязательственное правоотношение.
Несмотря на многочисленные научные труды, посвященные проблематике участия третьих лиц в исполнении гражданско-правового обязательства, единого логически завершенного понятия третьего лица на сегодняшний день нет.
М. И. Брагинский полагает: «Третье лицо - это тот, кто, не относясь к числу контрагентов, оказывается в юридически значимой связи с одним из них либо с обоими»[1], очевидно связывая понятие третьего лица исключительно с обязательством.
В свою очередь М. К. Кроз говорит о том, что понятие третьего лица гораздо шире и не следует ограничиваться понятием третьего лица лишь в рамках обязательственного правоотношения. В данном контексте автор говорит об использовании понятия третьего лица для построения абсолютного правоотношения, участниками которого выступают, с одной стороны, управомоченное лицо, самостоятельно реализующее свои права в отношении вещи, и с другой - все третьи лица, несущие пассивную обязанность, заключающуюся в том, чтобы не препятствовать первому субъекту в осуществлении указанных прав, т. е. в таком аспекте понятие третьего лица обозначает лицо, «подчиненное данной системе правопорядка», в обязательственных же правоотношениях третье лицо имеет устойчивую правовую связь с одной из сторон уже существующего обязательства[2].
Понятие третьего лица в широком его понимании также присуще и законодателю. Положениями пункта 3 статьи 308 ГК РФ предусмотрено, что «обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц)». Толкование данной нормы позволяет утверждать, что законодатель в общем виде под третьим лицом понимает любое лицо, иное, нежели стороны конкретного обязательственного правоотношения, что ни коем образов не создает ясности между разграничениями понятий «третьего лица», «неопределенного круга лиц», «другого лица».
Л. Ф. Нетишинская высказывалась о том, что к третьим лицам необходимо отнести тех лиц, которые в тоже время не являясь стороной обязательства своими действиями или бездействием влияют на это обязательство[3].
О юридической связи третьего лица и сторон обязательства писали в своих трудах и В. С. Толстой[4], и М. К. Сулейменов[5], И.В. Кисель также придерживается точки зрения о том, что одна из сторон обязательства связана другим обязательством с третьим лицом[6].
Таким образом, юридическая связь между третьим лицом и сторонами обязательства воспринимается в трудах данных ученных исключительно как обязательственная.
Вместе с тем, нельзя выделять данный, сформированный в доктрине, признак как единственно квалифицирующий, свидетельствующий о вовлечении субъекта в обязательственное правоотношение как третье лицо. К примеру, в механизме действия в чужом интересе без поручения гестор, действующий в интересах доминуса, переходит из категории «других лиц» в категорию «третьи лица», нивелируя тот факт, что в рассматриваемом механизме понятия «третье лицо» и «другое лицо» схожи.
Динамичность развития гражданского оборота также порождает ситуации, где кредитор или должник состоят во множестве различных обязательств, что не свидетельствует о том, что другое лицо, находясь в такой связи с кредитором или должником, автоматически не становится третьим лицом.
Наиболее универсальным критерием определения третьего лица является интерес участников гражданского оборота, который способен обособить одних участников в качестве должника и кредитора обязательства, а других – в качестве третьих лиц по отношению к динамике этого обязательства.
Такой подход берет свое начало из английского права. В правовой доктрине Англии третье лицо – это лицо, которое не является стороной договора, не участвует в его заключении, но имеет интерес в его исполнении. Существующая doctrine of privity (недопустимость вмешательства третьих лиц в договорные отношения) говорит об отсутствии прав третьего лица по договору даже в случае заключения такого договора в его пользу[7].
Реализуя свой интерес лицо, вовлекающееся в обязательственное правоотношение в качестве его участника, становится полноправным его участником, приобретая статус третьего лица, не наделяясь при этом правами основных участников правоотношения.
Интерес третьего лица обусловлен получением выгоды, которая не связана с интересами сторон обязательства и которая побуждает третье лицо участвовать в исполнении обязательства.
При реализации своего интереса, третье лицо вовлекается в обязательство, удовлетворяя интересы должника или кредитора, в зависимости от того, на чьей стороне выступает третье лицо.
Таким образом, наиболее полным понятием третьего лица, является понятие, согласно которому третьим лицом является лицо, участвующее в исполнении гражданско-правового обязательства, которое имеет собственный, обусловленный получением выгоды, интерес в исполнении такого обязательства, влияющий при реализации своего интереса на динамику обязательства.
СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ
- Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
- Аюшеева И.З. Исполнение обязательства за должника третьим лицом: новеллы правового регулирования // Вестник Университета имени О.Е. Кутафина. 2016. № 10 (26). С. 22–28.
- Балыкин Д.А. Действия в чужом интересе без поручения: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002. 22 с.
- Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга вторая: Договоры о передаче имущества. 2-е изд., стереотипное. М.: Статут, 2011. 780 с.
- Кисель И.В. Обязательства с участием третьих лиц: дисс… канд. юрид. наук. М., 2002. 200 с.
- Кроз М.К. Третье лицо в обязательстве: дисс. … канд. юрид. наук. Саратов, 2001. 169 с.
- Нетишинская Л.Ф. К вопросу о влиянии третьих лиц на динамику обязательственного правоотношения // Юрист. 2005. № 10. С. 33–35.
- Сулейменов М.К. Третьи лица в гражданском праве // Советское государство и право. М.: Наука, 1978. № 3. С. 123–128.
- Чурилов А.Ю. Основы правового положения третьих лиц в договорных отношениях по английскому праву // Advances in Law Studies. 2016. Т. 4, № 1. С. 47–53
[1] Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право: Общие положения. М., 1998. С. 290.
[2] Кроз М. К. Третье лицо в обязательстве: Дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2001. С. 14 - 17.
[3] Нетишинская Л.Ф. К вопросу о влиянии третьих лиц на динамику обязательственного правоотношения // Юрист. 2005. № 10. С. 33–35.
[4] Толстой В.С. Исполнение обязательств. М.: Юридлит, 1973. С. 73.
[5] Сулейменов М.К. Третьи лица в гражданском праве // Советское государство и право. М.: Наука, 1978. № 3. С. 123–126.
[6] Кисель И.В. Обязательства с участием третьих лиц: дисс. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 42.
[7] Чурилов А.Ю. Основы правового положения третьих лиц в договорных отношениях по английскому праву // Advances in Law Studies. 2016. Т. 4, № 1. С. 47–53.