Процесс погребения урегулирован Федеральным законом «О погребении и похоронном деле» от 12.01.1996 N 8-ФЗ (далее – ФЗ о погребении). Статья 3 указанного Федерального закона даёт следующее определение погребению: обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Эта же норма устанавливает формы погребения: предание тела земле, огню (кремация) и воде (помимо этого иногда предлагается ввести новые способы погребения, порой такие специфичные как крионика [3]).
Особо проблемную зону представляет отграничение погребения от захоронения. Например, ГОСТ 32609-2014 «Услуги бытовые. Услуги ритуальные. Термины и определения» даёт следующее определение захоронению останков умерших или погибших (2.10.3): процесс предания земле останков умерших или погибших в гробу или без гроба, помещения гроба с останками в склеп, саркофаг, мавзолей, пантеон. То есть, ГОСТ понимает захоронение как погребение в землю, что противоречит статье 3 ФЗ о погребении, которая употребляет словосочетание «захоронение в воду». При этом особенный интерес представляет определение захоронения праха умерших или погибших (2.10.4): процесс помещения урн с прахом в могилы и колумбарные ниши или развеивания праха на специально отведенных участках. Развеивание праха, хоть и не запрещается, но вообще не регламентировано ФЗ о погребении, а значит оно находится за рамками термина «погребение». При этом статья 3 указанного Федерального закона определяет предание огню как «кремация с последующим захоронением урны с прахом». То есть предаётся захоронению не сам прах, а урна с ним, что опять же расходится с ГОСТом. Словарь Ожегова [4], например, не видит никаких различий между терминами «захоронение», «погребение» и «похороны», которые ГОСТ пытается разделять. Однако в случае, если мы пример, что 3 этих термина синонимичны (а оснований чёткого разграничения погребения и захоронения нет), то мы неминуемо придём к тавтологичности понятия погребения, которое даёт ФЗ о погребении.
Погребение тела умершего следует рассматривать как юридический факт, ознаменовывающий преимущественно окончание отдельных правоотношений. Например, отношений по оказанию ритуальных услуг, а также отношений, возникших из завещания или волеизъявления лица о достойном отношении к его телу после смерти. Последний акт предусмотрен статьёй 5 ФЗ о погребении и позволяет любому лицу при жизни определить то, где, как и рядом с кем оно будет погребено. По своей правовой природе подобное волеизъявление представляет собой одностороннюю сделку.
С 1 сентября 2018 года подобные положения можно включать и в завещание в качестве завещательного возложения (п. 1 ст. 1139 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)). Помимо этого, завещатель может распорядиться, какое имущество будет похоронено вместе с ним [5]. Довольно интересна юридическая судьба такого имущества. Многие учёные [2] утверждают, что наследники (собственники данного имущества со дня открытия наследства (п. 4 ст. 1152 ГК РФ)) посредством погребения этого имущества вместе с умершим одновременно производят отказ от собственности (ст. 236 ГК РФ). На наш взгляд данная позиция не является верной и, чтобы её опровергнуть, приведём аргументацию М. Агафоновой [1]:
Как мы уже сказали, отказ от права собственности регулируется статьёй 236 ГК РФ. Эта статья говорит, что отказ от этого права можно совершить либо объявлением об этом, либо через «другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество». По своей природе отказ от права собственности является односторонней сделкой, следовательно, к нему применяются все нормы главы 9 ГК РФ.
По своей юридической сути отказ от права собственности предполагает не только прекращение права собственности одного человека, но и возникновение этого права у другого. И абзац второй статьи 236 ГК РФ говорит, что сам по себе отказ от права собственности не влечёт прекращения прав и обязанностей собственника до приобретения прав собственности на это имущество другим лицом.
Итак, если мы будем исходить из того, что родственники и иные лица, положившие в могилу имущество, тем самым своими действиями совершили отказ от права собственности на него, соответственно, тем самым как бы предлагая иным лицам приобрести на него свои права, то мы увидим, что для того, чтобы приобрести право на эти вещи необходимо как минимум вырыть и раскрыть гроб, тем самым совершив преступление, установленное статьёй 244 Уголовного кодекса РФ (надругательство над телами умерших и местами их захоронения). То есть такая сделка будет одновременно противоречить и основам правопорядка, и нравственности, следовательно, будет ничтожной, согласно статье 169 ГК РФ.
Таким образом, нужно констатировать, что право собственности наследников на похороненное имущество сохраняется, хоть и право распоряжения им существенно ограничивается (чтобы «заполучить» это имущество обратно необходимо будет провести официальную эксгумацию и перезахоронение).
Список литературы:
- Агафонова М. Хищения из могил и с могил // Уголовное право. – 2014 – № 2. – С. 4-15;
- Исмагилов Р. А. Некоторые проблемы квалификации хищения имущества с тел умерших и мест их захоронения // Вестник Казанского юридического института МВД России. – 2014 – №1 (15) – С. 55-59;
- Кулицкая Л. И. Крионика – как альтернативная форма погребения: правовой аспект // Проблемы экономики и юридической практики. – 2016. – №1 – С. 112-115;
- Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка : около 100 000 слов, терминов и фразеологических выражений / С. И. Ожегов ; под ред. Л. И. Скворцова. 26-е изд., испр. и доп. М. : Оникс [и др.], 2009. 1359 c.;
- Хужин А. М. Шутова А. А. О квалификации преступлений в отношении имущества умершего: уголовно-правовой и гражданско-правовой аспекты // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. – 2019 – № 2 (46) – С. 182-186.