Институт исключения участника из непубличного общества является одним из «радикальных» способов решения корпоративного конфликта, поскольку позволяет в судебном порядке лишить данное лицо его доли участия в уставном капитале общества с выплатой ему ее действительной стоимости против его воли при указанных в законе случаях. Обусловлено наличие такого инструмента именно в непубличных обществах тем, что чаще всего подобные компании создаются и управляются ограниченным количеством участников с тесными личными и деловыми связями, что создает большую опасность для деятельности компаний вплоть до фактического приостановления их деятельности в случае возникновения конфликтов на самых разных почвах, включаю бытовую, между участниками [14, P. 383–384]. Усугубляется эта проблема также тем, что доли в ООО не обладают той же ликвидностью, что акции публичных акционерных обществ, тем самым естественным путем ограничивая возможность участников, особенно миноритарных, выйти из общества [11, с. 82-96] и создает ситуацию «вечного товарищества» [1, с. 82-96].
Отметим, что недавно наметились положительные изменения в вопросе охраны и защиты прав, прежде всего, миноритарных участников, в части обеспечения их права на свободное отчуждение своей доли в обществе при определенных условиях. Так, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ в своем определении от 11.06.2020 № 306-ЭС19-24912 подтвердила правило о недопущении «ситуации, при которой участнику на неопределенно долгий срок запрещается выход из общества без возможности возврата своих инвестиций» [2, с. 17-23].
Однако подобные тенденции лишь косвенно влияют на возможность разрешения корпоративных конфликтов, так как обеспечивают лишь «беспрепятственный» выход участника из общества, то есть препятствуют незаконному и необоснованному ограничению автономии его воли, но тем не менее никак не влияют на решение корпоративного конфликта в случае отсутствия у сторон желания так или иначе покинуть общество.
Процесс корпоративного конфликта часто может сопровождаться различными злоупотреблениями его участников, которые могут быть причиной исключения участника из общества, поскольку участник грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к таким нарушениям, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет; совершение участником действий, противоречащих интересам общества, в том числе при выполнении функций единоличного исполнительного органа (например, причинение значительного ущерба имуществу общества, недобросовестное совершение сделки в ущерб интересам общества, экономически необоснованное увольнение всех работников, осуществление конкурирующей деятельности, голосование за одобрение заведомо убыточной сделки), если эти действия причинили обществу существенный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.
По словам Джей Эй Си Хетерингтон, «каждый акционер вправе исходить из того, что другие акционеры не будут намеренно осуществлять свои права собственников с целью нанесения ущерба или уничтожения общего предприятия» [12, P. 946]. Тоже утверждение в контексте российского законодательства вытекает из предусмотренного пунктом 1 статьи 10 ГК РФ недопущения осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, то есть шиканы. Шиканой признается поведение стороны, которая, осуществляя формально принадлежащее ей в силу закона право во вред интересам других лиц, сама ничего от реализации права не выигрывает и какой-то собственный очевидный имущественный или неимущественный интерес, отличный от чисто эмоционального мотива навредить и причинить неудобства другому лицу, не преследует [5].
Позиция, что направление заявлений в правоохранительные органы – это всегда правомерное действие, была опровергнута как в письме Президиума ВАС РФ [4], так и в судебной практике нижестоящих судов: «ссылка заявителей кассационной жалобы на то, что обращение ответчиков за судебной защитой в правоохранительные, судебные, административные органы является их конституционным правом, такие действия ответчиков не могут быть поставлены в вину ответчикам, отклоняется» [7].
Такие обращения порождают необоснованные проверки деятельности отдельных участников общества, приводят к изъятию у них документов, техники, а также к ограничению их личной свободы на период следствия, что приводит к ограничению их участия в деятельности юридического лица, в том числе личному участию в общих собраниях, а в ряде случаев могут также создавать необоснованные преимущества другой стороне корпоративного конфликта. Часто же сторона конфликта, которая обратилась в государственный орган «ничем не рискует», так как не несет ответственности за свое обращение ни в рамках публичного законодательства, ни в рамках корпоративного, прикрываясь правом на обращение в государственные и муниципальные органы. Проблема фактического отсутствия возможности действенного пресечения обращений от недобросовестных граждан, а также необходимость реформирования процедуры рассмотрения обращений граждан в части злоупотребления правом также становились объектом исследований в юридической литературе [6, с. 27-28]. Таким образом, считаем, что подобного рода злоупотребления в виде необоснованных обращений в государственные, в том числе правоохранительные, органы могут стать основанием для исключения.
Однако суды не спешат исключать участников по данному основанию, поскольку часто доказывание наличия умысла у участника-заявителя и того, что он «знал или должен был знать, что при обращении сообщает недостоверную информацию», существенно затруднено. Как указал Павел Федоров, обращения участника в государственные органы, по мнению суда, являются «заботой участника о деятельности общества» [10], что подсказывает нам о том, что ссылка так называемую «обязанность лояльности», в соответствии с которой участник связан требованием лояльности по отношению к обществу, т.е. он обязан руководствоваться его интересами и воздерживаться от действий, которые могут причинить вред обществу, хотя бы они и были в его личных интересах [13], будет признана несостоятельной, потому что участник действовал, «заботясь о судьбе общества».
На наличие той же обязанности у российского участника общества обращает внимание Кузнецов А.А., отмечая следующее: «Можно также сослаться на содержание Обзора, который, насколько нам известно, впервые в российском позитивном праве открыто признал наличие у участников обязанности действовать в интересах общества (см. абз. 4 п. 4 Обзора: «при голосовании на собрании участники общества в силу имеющейся у них обязанности не причинять вред обществу также должны действовать в интересах общества») в контексте исключения участника» [3, с. 40].
Тем не менее, в судебной практике и сейчас встречаются случаи, когда суд дает оценку обращениям лица в государственные органы как необоснованным, признавая, что осуществляя действия по необоснованному обвинению в совершении преступлений, лицо не могло не понимать, что подобные действия причиняют вред деловой репутации компании, препятствуют нормальной деятельности юридического лица и лишают общество возможности получения прибыли от уставной деятельности [8]. Также при разрешении одного из споров суд указал, что свидетельствовать о злоупотреблении участником своим правом может «в том числе, тот факт, что решениями судов было отказано в удовлетворении всех требований об обжаловании действий (бездействий) общества, его органов управления или иных участников» [9].
Видится, что решение данной проблемы лежит в разработке более четких критериев границ осуществления права граждан на обращение в государственные органы, поскольку действующие рекомендации Президиума ВАС РФ, указанные в Информационном письме №151, не обеспечивают единообразия судебной практики в вопросе исключения участника из общества за злоупотребление правом на обращение, что потенциально затрудняет разрешение корпоративных конфликтов и приводит к дестабилизации хозяйственного оборота. Таким образом, разработка хотя бы общих критериев определения «необоснованности» обращения лица в государственные органы на уровне Пленума ВС РФ, по нашему мнению, могла бы способствовать более последовательной борьбе с злоупотреблениями своим правом лиц в корпоративных отношениях.
Список литературы:
- Кузнецов А.А. Пределы автономии воли в корпоративном праве: краткий очерк. – М.: Статут, 2017. С. 82-96.
- Кузнецов А.А. Новая жизнь российского корпоративного права и ограничения на отчуждение доли (акций) Вестник экономического правосудия РФ. 2020. № 8. С. 17-23.
- Кузнецов А.А. Исключение участника из общества с ограниченной ответственностью. – М.: Статут, 2014. C. 40
- Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 24.05.2012 N 151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью» // СПС "КонсультантПлюс"
- Основные положения гражданского права : постатейный комментарий к статьям 1–16.1 Гражданского кодекса Российской Федерации [Электронное издание. Редакция 1.0] / А. В. Асосков, В. В. Байбак, Р. С. Бевзенко [и др.] ; отв. ред. А. Г. Карапетов. – Москва : М-Логос, 2020. – 1469 с. (Комментарии к гражданскому законодательству #Глосса.)
- Пересыпкин А.В. Злоупотребление правом на обращение // Законность. 2017. N 11. С. 27 - 28.
- Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2016 N 09АП-11734/2016-ГК по делу N А40-56632/2014 // СПС "КонсультантПлюс"
- Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2019 N Ф06-45805/2019 по делу N А06-10191/2017 // СПС "КонсультантПлюс".
- Решение Арбитражного суда г. Москвы от 28.06.2019 по делу N А40-317588/18-111-2725 // СПС "КонсультантПлюс"
- Федоров П.Г. Возможно ли исключение участника из общества из-за его обращения в государственные органы? // zakon.ru: [сайт]. URL: https://zakon.ru/blog/2018/01/11/vozmozhno_li_isklyuchenie_uchastnika_iz_obschestva_iz-za_ego_obraschenie_v_gosudarstvennye_organy (дата обращения: 21.10.2020)
- Dagnaw, Getahun Walelgn, Exit Rights of Minority Shareholders in Closely Held Corporations: A Comparative Study of English, Germany and Ethiopian Laws (September 7, 2013). [Электронный ресурс]: Available at SSRN: https://ssrn.com/abstract=2395902 or http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.2395902
- J.A.C. Hetherington, ‘The Minority’s Duty of Loyalty in Close Corporations’, Duke Law Journal (1972): P. 946
- Там же, P. 921
- Miller S.K. Minority Shareholder Oppression in the Private Company in the European Community: A Comparative Analysis of the German, United Kingdom, and French «Close Corporation Problem» // Cornell International Law Journal. 1997. Vol. 30. P. 383–384