Понятие существенного нарушения договора имеется в ст. 25 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года[1]. Согласно данной статье, нарушение договора, допущенное одной из сторон, является существенным, если оно влечет за собой такой вред для другой стороны, что последняя в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать по договору, за исключением случаев, когда нарушившая договор сторона не предвидела такого результата, и разумное лицо, действующее в том же качестве при аналогичных обстоятельствах, не могло бы его предвидеть.

При сравнительном анализе содержаний п. 2 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)[2] и ст. 25 Венской конвенции можно сделать вывод, что понятие существенного нарушения гражданско-правового договора, закрепленное в российском гражданском законодательстве, является неполным по сравнению с понятием существенного нарушения договора, которое приводится в ст. 25 Венской конвенции. Отличие состоит в том, что в соответствии с положениями Венской конвенции критериями существенного нарушения договора для его расторжения или изменения по требования кредитора является не только существенное нарушение гражданско-правового договора, но и предвидимость причинения вреда другой стороне нарушением договора стороной-должником.

ГК РФ не предусматривает такого критерия, как предвидимость. Если должник не мог предвидеть ущерб, причиненный кредитору нарушением договора со стороны должника, российский гражданский закон все равно дает кредитору право требовать расторжения или изменения договора на основании существенного его нарушения. В Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации[3], в Проекте Федерального закона № 47538-6 «О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации, отдельные законодательные акты Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации»[4], а также в Принципах международных коммерческих договоров (Принципах УНИДРУА), российскими учеными и российским законодателем не было внесено предложений о включении такого критерия как «предвидимость» в понятие существенного нарушения договора.

Таким образом, законодатель посчитал нецелесообразным внедрение вслед за Венской конвенцией данного критерия в понятие «существенное нарушение договора».

В информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» обращено внимание на следующее обстоятельство: сторона, обратившаяся в суд, должна представить доказательства существенных нарушений договора, при этом требования о расторжении договора в связи с существенным его нарушением, которое было устранено в разумный срок, удовлетворению не подлежат. Основанием для расторжения договора ввиду его существенного нарушения может послужить нарушение установленных договором сроков или стоимости[5].

Так, Арбитражный суд Кемеровской области вынес решение об удовлетворении требований Комитета по управлению муниципальным имуществом города Кемерово к индивидуальному предпринимателю Бадартинову М.Г. о расторжении договора купли-продажи, обязании вернуть нежилое помещение.

Судом установлено, что обязательство по оплате имущества ответчиком не исполняется. Учитывая, что в нарушение условий договора оплата имущества не производится на протяжении длительного времени, в результате чего истец в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора, нарушение условий договора является существенным[6].

Еще одним примером будет невыплата арендной платы по договору аренды. Так, Арбитражный суд Краснодарского края вынес решение о расторжении договор аренды оборудования, заключенный между ООО «Торгово-промышленная компания «Кубань» и ООО «ГАЛС» и взыскании с последнего арендной платы[7].

Критерии существенности нарушения договора могут устанавливаться законом. Однако следует обратить внимание на то, что такие критерии могут быть закреплены в договоре. Если в законе или договоре отсутствуют критерии существенного нарушения, этот вопрос будет решаться судом с учетом всех обстоятельств дела.

Исходя из положений статьи 450 ГК РФ, не каждое нарушение можно считать существенным, а только то, которое причиняет ущерб стороне, лишая ее возможности достичь желаемой цели договора. Принимая во внимание данную формулировку, при расторжении договора по указанному основанию не требуется определять, имеет ли нарушитель реальную возможность предвидеть правонарушение. Более того, по словам М. И. Брагинского, для расторжения договора в связи со значительным нарушением его условий особое значение имеет не только размер ущерба, но и его соотношение с ожиданиями стороны[8].

По мнению М. Васильевой, в зависимости от вида обязательств и условий конкретного договора можно определить, является ли нарушение существенным или незначительным[9]. Как справедливо отметил М.Г. Розенберг: «существенным признается нарушение, повлекшее для другой стороны невозможность достижения цели договора»[10].

При оценке судом существенности нарушения должны учитываться такие факторы, как значимость негативных последствий нарушения; значимость самого нарушения; утрата доверия к должнику; обоснованная заинтересованность должника в сохранении договора или его отсутствие; недобросовестность должника.

Так, общество с ограниченной ответственностью «Завод модульных технологий» (далее – завод) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании с закрытого акционерного общества «ПроТехнологии» 2 588 310 руб. оплаты за некачественный товар, 366 210 руб. убытков, 11 893,75 евро штрафных санкций, расторжении договора купли-продажи от 12.12.2016 № 631/48920[11].

Оценив результаты экспертного заключения в совокупности с иными доказательствами, представленными в материалы дела, установив, что обнаруженные недостатки носили производственный характер, выявлялись неоднократно, дав правовую квалификацию существа данных недостатков, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о передаче истцу товара с существенными нарушениями требований к его качеству.

Таким образом, можно сделать следующий вывод – не любое нарушение гражданско-правового договора может рассматриваться как существенное его нарушение. В п. 2 ст. 450 ГК РФ определяется критерий такой существенности. И в конечном итоге сам суд будет решать, попадает ли данное нарушение договора в число существенных нарушений и, следовательно, возможно ли его изменение или расторжение по этому основанию.

Следует заметить, что на сегодняшний день в правовой доктрине не сформировалось единой правовой позиции по поводу определения критериев существенности нарушения со стороны высших судебных инстанций. Таким образом, исходя из всего вышесказанного, можно сделать вывод о том, что вопросы, относящиеся к категории существенных нарушений договора в российском гражданском праве, недостаточно детализированы и проработаны с точки зрения определенных аспектов, которые должны быть приняты судом при рассмотрении данной категории исков. По этой причине применение норм пункта 2 статьи 450 ГК РФ часто является ошибочным и многие вещи проходят пересмотр в вышестоящих судах, что замедляет регулярный оборот и, так или иначе, затрагивает стороны соответствующих правоотношений. По нашему мнению, стороны должны самостоятельно определять условия договора, которые будут являться для них существенными, тем самым, будет соблюден принцип диспозитивности гражданского права, а судам будет проще применять к таким делам нормы ст. 450 ГК РФ. Таким образом, пп. 1 п. 2 ст. 450 ГК РФ следует изменить: «при нарушении стороной условий договора, предусмотренных в таком договоре в качестве существенных».

Список литературы

1. Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА) (1994 год). Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
2. О договорах международной купли-продажи товаров: Венская конвенция от 11 апреля 1980 г. по состоянию на 17 мая 2016 г. // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1994. № 1.
3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
4. Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2009. № 11. С. 6.
5. Проект Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации, отдельные законодательные акты Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» № 47538-6 // Справочно-правовая система «ГАРАНТ».
6. Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров: информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.05.1997 № 14 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. № 7.
7. Решение от 29 августа 2019 г. по делу № А27-14754/2019. Архив Арбитражного суда Кемеровской области.
8. Решение от 4 сентября 2019 г. по делу № А32-28728/2019. Архив Арбитражного суда Краснодарского края.
9. Решение от 4 сентября 2019 г. по делу № А32-26718/2018. Архив Арбитражного суда Краснодарского края.
10. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. 2-е изд., испр. – М.: Статут, 2000. Книга первая: Общие положения. М., 2019. С. 848.
11. Васильева М. Расторжение договора // Основания прекращения обязательств. Экономико-правовой бюллетень. 2003. № 5. С. 1-15.
12. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Ч. I / Отв. ред. О.Н. Садиков. – М., 2003. С. 788.