Порядок и правила производства допроса регламентируются УПК РФ. Допрос является очень эффективным средством как для проверки уже имеющихся в деле доказательств, так и для получения новых. Без строгого соблюдения правил проведения допроса он теряет свое процессуальное значение и влечет за собой недопустимость использования сведений, полученных в ходе допроса. Хотя данное следственное действие весьма строго регламентировано, законодатель не называет приемов и методов проведения допроса, называя лишь общие его правила [2].
Согласно ч. 2 ст. 189 УПК РФ, законодатель ввел запрет на использование наводящих вопросов следователем. Наводящими являются такие вопросы, в которых содержатся ответ или информация для его формулирования. Однако, в выборе тактики допроса следователь совершенно свободен. В связи с этим, полагаем, что необходимо закрепить определение понятия «наводящий вопрос». Таким образом, изложить ч. 2 ст. 189 УПК РФ в следующей редакции: «Задавать наводящие вопросы, то есть вопросы в формулировке которых содержится ответ, часть ответа или подсказка к нему, запрещается. В остальном следователь свободен при выборе тактики допроса».
Допрос является неотъемлемой частью деятельности по осуществлению уголовного преследования, одним из способов изобличения обвиняемого в совершении преступления. Для подозреваемого и обвиняемого участие в допросе является способом защиты от выдвинутого подозрения или предъявленного обвинения, а для потерпевшего - способом защиты своих интересов.
Согласно ст. 190 УПК РФ, показания допрашиваемого лица записываются от первого лица и по возможности дословно. Вопросы и ответы на них фиксируются в той последовательности, которая имела место в ходе допроса. В протокол заносятся все вопросы, в том числе и те, которые были отведены следователем или на которые отказалось отвечать допрашиваемое лицо, с указанием мотивов отвода или отказа.
Запись показаний должна передавать их точный, неискаженный смысл, исключающий произвольное толкование. Слова должны быть, как правило, теми же. Но, тем не менее, следователь имеет право абстрагироваться от ненужной информации, заменить неправильно употребляемые слова, скорректировать отдельные фразы. Жаргонные выражения необходимо записывать в произнесенном контексте с обязательным пояснением свидетелем их значения. Например: «При мне Андрей купил у подошедшего парня один “ляп”, “ляпом” мы называем одну дозу наркотика». При оценке достоверности показаний вызывает сомнение, когда малообразованные в силу возраста или социального положения свидетели выражаются высоким литературным стилем или безупречным юридическим языком [1].
Ненормативная лексика (нецензурные выражения) в протоколе допроса не приводится. Различные аспекты культуры составления процессуальных документов затрагивались в Постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР от 7 февраля 1967 года №35 «Об улучшении организации судебных процессов и повышении культуры их проведения» [3], но прямого ответа в нем не содержалось. Официальных разъяснений относительно данного вопроса нет и в настоящее время, что, безусловно, приводит к нарушению единообразия при применении норм уголовно-процессуального права в деятельности как судебных, так и следственных органов.
Проанализировав более двадцати пяти уголовных дел, возбужденных по ст.319 УК РФ «Оскорбление представителя власти», можно увидеть, что сотрудников ОВД часто в неприличной форме сравнивают с гомосексуалистами. Но единого подхода к тому, как отражать подобные выражения в протоколе допроса, нет. На практике распространение чаще всего имеют, например, следующее варианты:
- «К., осознавая, что сотрудники ОВД в форменном обмундировании, находясь при исполнении служебных обязанностей, предъявляют к нему законные требования, публично сравнил их с лицами нетрадиционной сексуальной ориентации…».
- «Имея прямой умысел на оскорбление сотрудника полиции Р, пытавшегося пресечь его незаконные действия, Л. назвал его п……ом».
- «Находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, Д. назвал прибывших на место происшествия В. И Н. …….» (вместо точек идет нелитературное слово в той форме, в которой оно было высказано).
По мнению А. А. Трефилова, ненормативной лексики в материалах уголовного дела быть не должно. Если при проведении следственного действия участники произносят нецензурные выражения, то, конечно, заносить в протокол их не следует. Однако, в исключительных случаях, по делам о преступлениях, связанным с оскорблением кого-либо (ст. 130, 297, 319, 336 УК РФ), дословное занесение таких выражений в протокол допустимо, а иногда и объективно необходимо [4].
Положение закона о том, что «вопросы и ответы на них записываются в той последовательности, которая имела место в ходе допроса» и что «записываются все вопросы», нужно истолковывать не буквально, а во взаимосвязи с предшествующей нормой о записи показаний по возможности дословно. Требование об абсолютно полном отражении состоявшегося диалога между следователем и допрашиваемым избыточно.
Список используемой литературы
- Кальницкий В. В. Следственные действия : учеб. пособие / В. В. Кальницкий, Е. Г. Ларин. − Омск : Омская академия МВД России, 2015. С. 46.
- Предварительное следствие в органах внутренних дел: учебник/ под ред. М. В. Мерешкова. Ч. II. - М., 2012. 256 с.
- Сборник Постановлений Пленумов Верховного Суда РФ по уголовным делам. М., 2006. С. 385.
- Трефилов А. А. К вопросу о допустимости использования ненормативной лексики в протоколах допроса и некоторых других следственных действий // Всероссийский журнал научных публикаций. 2011. № 6 (7). С. 89-91.