В настоящее время, в условиях активного развития информационной экономики, глобализации и цифровизации общества, трудовая сфера подвергается существенным изменениям. В частности, в связи с активным развитием и популяризацией онлайн-платформ широкое распространение получил феномен платформенной занятости. Согласно прогнозам экспертов PwC, к 2025 году отечественный рынок гиг-работников стремительно вырастет, достигнув отметки «в 102 миллиардов долларов, притом, что в 2020 году составлял 41 миллиард долларов» [8]. Такое явление далеко не случайно. Онлайн-платформа позволяет расширять возможности как основной, так и дополнительной занятости, а также содействует росту благосостояния населения.
Однако, в тоже время, платформенная занятость является фактором прекаризации части рабочей силы. Так, работник становится крайне уязвимым звеном, которое не имеет никаких гарантий занятости и вынужден постоянно менять место работы. Данная ситуация недопустима, особенно в условиях, когда «стратегической целью в достижении устойчивого экономического роста должна стать реализация стандартов Достойного труда как основы благосостояния человека и развития страны» [1]. В связи с этим, на VII Санкт-Петербургском Международном форуме труда 15-17 марта 2023 г. справедливо было отмечено, что «развитие … платформенной занятости нуждается в осмыслении и выработке механизмов, которые защитят людей …» [7].
В первую очередь следует обратить внимание на необходимость закрепления в отечественном законодательстве дефиниции «платформенная занятость». В научной литературе на данный момент отсутствует единый подход к обозначению занятости посредством онлайн-платформ. Однако наиболее удачным является вариант, представленный в научной работе Л.Г. Дуктовой и А.В. Адамович [2, С. 34]. Аналогичный подход нашел свое отражение и в законопроекте № 275599-8 «О занятости населения в Российской Федерации» [3]. Между тем, представляется значимым недостатком неотражение в них роли платформы в рассматриваемых отношениях. Более того, не разграниченными остаются и виды платформ («маркетплейс» и «теневые корпорации»). Так, если для первого типа характерны отношения, где контрагенты свободно коммуницируют, а сама платформа выступает лишь средой взаимодействия сторон, то второй тип представляет собой более сложную систему, где работники выступают не от своего имени, а от имени платформы. Более того, как справедливо указывает А.В. Шевчук, «цифровая платформа является по сути структурным элементом системы управления персоналом …, позволяющая компании гибко подстраиваться под изменчивый спрос и экономить на содержании собственного штата работников» [12, С. 42]. Таким образом, следует разделять платформы-посредники (первый тип) и платформы с занятостью (второй тип) [4]. Именно онлайн-платформы второго типа и составляют платформенную занятость, исключая отнесение к ней независимых фрилансеров.
В связи с этим, исходя из сущности и основных черт платформенной занятости, стоит охарактеризовать ее следующим образом: «оплачиваемая деятельность граждан по личному выполнению работ и (или) оказанию услуг от лица «онлайн-платформ с занятостью» на основе заключаемых договоров, организуемая с использованием онлайн-платформ, обеспечивающих взаимодействие заказчиков, онлайн-платформы, исполнителей, а также устанавливающих условия выполнения таких работ и (или) оказания услуг».
Не менее значимой проблемой является и вопрос правового урегулирования платформенной занятости. В настоящее время можно выделить три подхода.
Однако наиболее справедливым видится тот, который указывает на необходимость признания лиц, занятых на платформе, работниками и закрепления за ними всех обязательных социальных гарантий. Действительно, отношения исполнителя и платформы имеют признаки трудового отношения, хотя далеко не все. Однако, в условиях, когда границы трудового отношения «размываются», ряд признаков, как справедливо отмечает О.В. Чесалина, «следует исключить из непосредственного определения трудового правоотношения, чтобы сместить фокус на основные признаки трудового правоотношения» [11]. Именно они ярко прослеживаются в рассматриваемых отношениях (например, личное выполнение работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции; выполнение работником трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя и т.д.) и были признаны рядом судебных органов [5].
В связи с этим, предлагается дополнить Трудовой кодекс Российской Федерации [9] (далее - ТК РФ) отдельной главой, которая урегулирует трудовые отношения платформенных занятых, осуществляющих работу «офлайн» (курьеры, такси). Такой «фрагментарный подход» обусловлен характером работы данной категории лиц, которая существенно отличается от фриланса, где исполнителю предоставлена большая свобода. Между тем, обязательное отражение в ТК РФ должны иметь обязанности платформы, относительно прозрачности использования алгоритмов при регулировании трудовых отношений (распределения количества заказов, установления рейтинга, ценовой политики, недопущения изменения условий осуществления деятельности в одностороннем порядке и т.д.), а также порядок учета рабочего времени. Данные нововведения позволят предотвратить нарастающие проблемы в данной сфере [6], а также внесут ясность в правовой статус рассматриваемого круга лиц, что позволит приблизиться к реализации целей устойчивого развития до 2030 г., обозначенные Организацией Объединенных Наций [10].
Библиографический список
- Большой разговор о реализации принципов достойного труда в строительной отрасли [Электронный ресурс] // URL: http://www.vkp.ru/news/2015/11/2487.html (Дата обращения: 29.03.2023);
- Дуктова Л.Г., Адамович А.В. Развитие новых форм занятости в сфере услуг с применением цифровых трудовых платформ // Экономический бюллетень научно-исследовательского экономического института Министерства экономики Республики Беларусь. 2021. № 10 (292), С. 34.
- Законопроект № 275599-8 «О занятости населения в Российской Федерации» [Электронный ресурс] // URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/275599-8 (Дата обращения: 29.03.2023).
- Минтруд планирует легализовать платформенную занятость и прописать ее в ТК РФ [Электронный ресурс] // URL: https://www.kdelo.ru/news/387268-qqn-21-m02-mintrud-planiruet-legalizovat-platformennuyu-zanyatost-i-propisat-ee-v-tk (Дата обращения: 29.03.2023).
- На водителей, которые лично связались с Uber и перевозят пассажиров через приложение Uber , распространяется действие Коллективного договора на такси [Электронный ресурс] // URL: https://uitspraken.rechtspraak.nl/#!/details?id=ECLI:NL:RBAMS:2021:5029&showbutton=true&keyword=uber (Дата обращения: 29.03.2023).
- Профсоюз «Курьер» объявил о пятидневной забастовке с требованием увеличения платы [Электронный ресурс] // URL: https://www.kommersant.ru/doc/5734095 (Дата обращения: 22.03.2023).
- VII Санкт-Петербургский Международный форум труда собрал более 6 500 участников [Электронный ресурс] // URL: https://aecsot.ru/news/vii-sankt-peterburgskiy-mezhdunarodnyy-forum-truda-sobral-bolee-6-500-uchastnikov/ (Дата обращения: 27.03.2023).
- Свобода по выбору: настоящее и будущее фриланса в России [Электронный ресурс] // URL: https://trends.rbc.ru/trends/social/60c8e3139a79472ba64fde35 (Дата обращения: 29.03.2023).
- Трудовой кодекс Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ (ред. от 19.12.2022) URL: www.consultant.ru (Дата обращения: 29.03.2023).
- Цели в области устойчивого развития [Электронный ресурс] // URL: https://www.un.org/sustainabledevelopment/ru/sustainable-development-goals/ (Дата обращения: 21.03.2023).
- Чесалина О.В. Платформенная занятость – как урегулировать в Трудовом кодексе? // Трудовое право в России и за рубежом. 2022. №1.
- Шевчук А.В. От фабрики к платформе: автономия и контроль в цифровой экономике // Социология власти. 2020. ВАК. С. 42.