В рамках правового регулирования и доктринальных подходов вопрос о понятии и правовой природе опеки и попечительства носит дискуссионный характер, что связано с поиском наиболее оптимальной модели его существования. Сложным является вопрос конкуренции между положениями гражданского и семейного законодательства в части регламентации опеки и попечительства над несовершеннолетними.
Правовая регламентация опеки и попечительства как формы воспитания детей и защиты их прав урегулирована гл. 20 СК РФ [1]. В силу ч. 3 ст. 145 СК РФ, отношения в связи с установлением, осуществлением и прекращением опеки регулируются положениями гражданского законодательства, а также специальным законом от 24.04.2008 № 48-ФЗ об опеке и попечительстве [2]. Нельзя отрицать и наличие большого влияния на институт опеки и попечительства публично-правовых норм, касающихся вопросов разграничения полномочий между органами власти, органами опеки и попечительства, а также реализации контроля за лицами, осуществляющими опеку и попечительство.
Несмотря на содержание гл. 20 СК РФ, Закон № 48-ФЗ относит отношения в данной области к сфере гражданско-правового регулирования (ч.1 ст.3). Регулирование нормами семейного права предполагается лишь в отношении особенностей установления, осуществления и прекращения опеки и попечительства детей. Учитывая вышеизложенное, нормы гражданского законодательства рассматриваются некоторыми учеными в качестве приоритетных [4, с. 127]. В то же время, подобный подход с учетом особенностей несовершеннолетних и их особой нуждаемости не сколько в защите имущественных прав (объем которых у последних нередко незначителен), а в необходимости эффективной организации процесса воспитания, видится довольно противоречивым.
В рамках семейно-правовой доктрины, опека и попечительство рассматриваются в роли способов семейного устройства детей, по определенным причинам утративших родительское попечение. В цивилистической же концепции, предлагаются иные оценки данного феномена, в рамках которых правовой институт представляется механизма восполнения дееспособности субъекта [3, с. 186].
Семейное законодательство скупо регулирует исследуемые понятия, не содержит определение опеки и попечительства над несовершеннолетними. Законом закрепляются цели опеки и попечительства, которые в силу пункта 1 ст. 145 СК РФ, связываются с содержанием, воспитанием и образованием, а также защитой прав несовершеннолетних.
В целом, на сегодняшний день сложилось следующее распределение «зон ответственности» гражданского и семейного законодательства. Первое регламентирует прежде всего вопросы правоспособности и дееспособности (гл.3 ГК РФ). В рамках семейно-правовых норм регламентируются вопросы обязанностей и действий органов опеки и попечительства, определения формы их устройства. При этом, не вызывает сомнений, что в силу сложившегося законодательного регулирования, приоритет имеют гражданско-правовые нормы, обеспечивающие восполнение недостающей дееспособности несовершеннолетнего и недееспособного лица.
В то же время, подобный подход подвергается обоснованной критике со стороны представителей правовой доктрины. Так, с точки зрения А.М. Нечаевой, закон об опеке и попечительстве не обеспечивает необходимой дифференциации субъектно-объектного состава правоотношений в зависимости от возраста, а также не создает необходимых условий для расширения возможностей семейного воспитания, однако крайне бюрократизирует соответствующие правоотношения. Также акцентируется внимание на превалировании имущественных аспектов попечительской деятельности, при недостаточном учете семейно-правовых особенностей [6, с. 7]. С подобными замечаниями автора сложно не согласиться.
того, интерес заслуживает и новый подход в отношении оценки правовой природы опеки (попечительства), в рамках которого последние рассматриваются в качестве гражданско-правового обязательства. Так, в силу ч.6 ст. 145 СК РФ, возможным представляется устройство ребенка в соответствие с договором об осуществлении опеки или попечительства, в том числе по договору о приемной семье, о патронатном воспитании. Используемые инструменты защиты также носят цивилистический характер.
Так, Апелляционным определением было рассмотрено требование о расторжении договора о приемной семье. Истицей, которая является бабушкой несовершеннолетних детей, мать которых была лишена родительских прав, была подана апелляционная жалоба на решение суда первой инстанции, которым в удовлетворении требований Истица было отказано.
Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены решения суда, поскольку опекун надлежащим образом исполнял обязанности. В качестве оснований намерение бабушки расторгнуть опеку и перевести обязанности на себя – отсутствует [8].
С учетом изложенного, можно сформулировать вывод о том, что исследуемый правовой институт прослеживает комплексную правовую природу. В этом смысле, опека и попечительство над несовершеннолетним может быть определена как способ устройства в семью опекуна с целью создания ему подходящих условий семейного воспитания [5, с. 127].
Дискуссионным является и вопрос по поводу возмездности или безвозмездности опеки, что находит отражение в соответствующих судебных спорах. Так, Верховным судом Республики Татарстан была рассмотрена апелляционная жалоба ответчика на решение суда первой инстанции, которым постановление Исполнительного комитета о назначении Ш.А.З. опекуном, в части, устанавливающей опекунство на безвозмездной основе, было признано незаконным. В связи с рождением дочерью внучки, Истица обратилась с заявлением об установлении опеки без вознаграждения, что и было сделано. Однако в качестве основания для заявленных требования, Ш. было отмечено, что ее дочь является школьницей, не принимает участие в обеспечении своего ребенка, в связи с чем Ш. просила оформить ей опекунство над внучкой на возмездной основе. Суд первой инстанции вынес решение в пользу истицы. Но суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении требований о возложении обязанности заключить договор опеки на возмездных условиях [7].
Существующее законодательное регулирование в части регламентации правовой природы на сегодняшний день отдает бесспорный приоритет гражданскому законодательству. Воспитательная функция упоминаются очень поверхностно, поскольку по смыслу законодателя основная цель связывается с необходимостью охраны имущественных прав и интересов ребенка.
Кроме того, в силу положений закона №48-ФЗ широкое распространение приобрели представления о том, что опека, прослеживая определенные договорные черты, все же является услугой по смыслу п. 2 ст. 779 ГК РФ. Однако, по нашему мнению, процесс воспитания не может ограничиваться концепцией услуги. Основная цель организации воспитательного процесса связана с формированием условий для развития ребенка, его интеллектуального и духовного становления. Не вызывает сомнений, что процесс воспитания должен быть урегулирован положениями семейного права.
Таким образом, законодательное регулирование отношений, связанных с опекой и попечительством в отношении несовершеннолетних, предусматривает обширное число противоречий, связанных с отсутствием исчерпывающих представлений по поводу правовой природы и существа рассматриваемых отношений. Учитывая вышеизложенное, в целях преодоления подобной рассогласованности, следует разграничить закон №48-ФЗ на две части: цивилистическую, регулирующую аспекты восполнение дееспособности ребенка и его представительства, и семейно-правовую, посвященную аспектам решения воспитательных задач.
В качестве общего вывода, можно заключить, что фундаментально исследуемый правовой институт, обеспечивая защиту прав несовершеннолетних, связан прежде всего не с решением материальных задач, а с обеспечением ребенку условий, максимально приближенных к семейным. В подобных условиях приоритетными будет оценка возникающих правоотношений сторон в качестве семейных, которые применительно к осуществлению функций по содержанию, воспитанию, образованию детей, должны быть урегулированы положениями семейного кодекса. Применение же гражданско-правовых норм должно носить субсидиарное значение.
Тем самым, решение воспитательных задач в отношении несовершеннолетних должно иметь приоритет над имущественными аспектами. Учитывая вышеизложенное, положения гражданского законодательства и закона об опеке и попечительстве нуждаются в приведении в соответствие с положениями семейного кодекса. Для этой цели, необходимо внести изменения в ст. 31 ГК РФ, дополнив часть 4 абзацем следующего содержания:
« …. 4. К отношениям, возникающим по поводу установления, осуществления и прекращения опеки или попечительства в отношении несовершеннолетних, применяются положения Семейного кодекса Российской Федерации, настоящего кодекса, Федерального закона «Об опеке и попечительстве» и иных принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов Российской Федерации». Изменения аналогичной направленности следует внести и в ст. 3 Закона №48-ФЗ.
Кроме того, отказ от приоритета гражданского законодательства потребует признания утратившей силу ч. 2 ст. 3 СК РФ, поскольку внедрение вышеназванных изменений позволит отнести семейно-правовые нормы к числу приоритетных применительно ко всем отношениям по установлению опеки и попечительства с участием несовершеннолетних.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
- Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 г. № 223-ФЗ (ред. от 02.07.2021) // Собрание законодательства РФ. 01.01.1996. N 1. Ст. 16
- Федеральный закон от 24.04.2008 г. № 48-ФЗ (ред. от 30.04.2021) «Об опеке и попечительстве» // Собрание законодательства РФ. 28.04.2008. № 17. Ст. 175
- Александренок А.Г. Межотраслевая принадлежность опеки и попечительства над несовершеннолетними // В сборнике: Актуальные проблемы науки и практики: Гатчинские чтения - 2020. Сборник научных трудов по материалам VII Международной научно-практической конференции. 2020. С. 185-190.
- Измайлов С.А. Опека и попечительство в гражданском праве // В сборнике: Осуществление и защита гражданских прав и интересов полиции. Санкт-Петербург, 2020. С. 127-133.
- Маслова Е.А. Панькова А.Р. Мугаева Т.С. Место института опеки и попечительства в современном праве // Перспективы развития институтов права и государства. Сборник научных трудов 4-й Международной научной конференции. Курск, 2021. С. 127.
- Нечаева А.М. История законодательства об опеке и попечительстве над несовершеннолетними // Законы России. 2013. № 4. С. 7 - 8.
- Апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 09.10.2014 по делу № 33-13487/2014 // СПС КонсультантПлюс.
- Апелляционное определение Нижегородского областного суда от 12.02.2019 по делу № 33-1241/2019 // СПС КонсультантПлюс.