Возможность применения примирительных соглашений, как одного и способов возникновения, изменения или прекращения отношений, возникла достаточно давно. Ряд ученых исследователей отмечает, что примирительные процедуры с участием независимого лица применялись еще до становления государственности, а затем даже с укреплением публичной власти у людей все равно сохранялось право в определенных случаях обратиться к третьим лицам в целях разрешения спора [5, с. 17].
Медиация как сравнительно молодой правовой институт в России, регулируемый Федеральным законом № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» (Далее – ФЗ «О процедуре медиации») [8] обладает рядом положительных и отрицательных характеристик. Одни исследователи называют ее «лаконичным переходом от состязательности к сотрудничеству при разрешении конфликтов» [1, с. 8], в то время как другие считают, что существует ряд проблем на методологическом уровне, возникающих при обосновании данного института [2, с. 119].
Все преимущества, которые влечет за собой процедура медиации, можно разделить на субъективные – преимущества, которые наиболее выгодны для сторон, и объективные – преимущества, направленные в сторону государства и общества.
Так одним из субъективных преимуществ медиации является нейтральность и беспристрастность медиатора по отношению к участникам спора и невозможность им выносить какие-либо решения по спору, что вызывает «больше доверия, чем разбирательство в третейских судах» [6, с. 30]. Более того, медиативные соглашения являются более долговечными и реализуемыми, поскольку две стороны обоюдно достигают согласия в принятии совместного решения возникшего конфликта. Медиация дает возможность сохранить или улучшить отношения между участниками спора, так как направлена на налаживание взаимопонимания между субъектами права. Это реализуется за счет одной из основных задач медиатора - обеспечить понимание сторонами, прежде всего, самого себя, потом друг друга и сделать возможным диалог. Поэтому гибкость решения проблемы в рамках медиации на основе принципа компромисса выступает главным ее преимуществом перед судебным разбирательством [10, с. 11]. К тому же стоит заметить, что на внесудебную медиацию не распространяется принцип гласности, а значит стороны, заинтересованные в сохранении конфликта в тайне, например, в целях сохранения деловой репутации, предпочтет обратиться к медиатору. Помимо этого, при разрешении спора в рамках процедуры медиации стороны в процессе доказывания своей правоты не ограничены только нормами права. Они могут привлекать нормы морали и деловой этики, могут обсуждать все интересующие вопросы, а не только по существу дела, как в суде.
В свою очередь в качестве объективных преимуществ процедуры медиации можно указать то, что она способна как значительно снизить нагрузку на судебную систему, так и уменьшить затраты экономических и временных ресурсов в сравнении с рассмотрением всех споров путем судебного разбирательства [3, с. 50]. А снижение нагрузки на судебную систему позволит повысить качество и оперативность разрешения споров, которые не могут быть урегулированы иначе как в рамках судебного разбирательства.
К тому же, согласие, которое достигается в процессе медиации позволяет сторонам сохранить дружеские или деловые отношения, что выгодно, в том числе, и для государства, особенно если стороны являются субъектами предпринимательства, так как это позволит сохранить определенную стабильность в определенном сегменте рынка на микро или макроуровне.
С другой стороны, по мнению С. И. Калашниковой существует ряд проблем, связанных с сущностью, правовой природой, содержанием, юридической силой, последствиями заключения и исполнения медиативного соглашения [4, с. 112]. Так один из принципов процедуры медиации – добровольность, в некоторых случаях выступает как определенный недостаток. С одной стороны, обращение тяжущихся к процедуре медиации и заключения на ее основе соглашения, подразумевающего взаимные права и обязанности, в том числе не обращаться в какой-либо суд по этому же спору, происходит на добровольной основе, но с другой стороны этот же принцип позволяет любой из сторон обратиться в компетентный орган о защите своих прав даже после заключения такого соглашения, что неизбежно перечеркивает всю проделанную в рамках процедуры медиации работу по разрешению спора, делая ее бессмысленной.
Согласно процедуре медиации, урегулирование спора исходит из интереса сторон, из-за чего медиативное соглашение может выходить далеко за предмет первоначального требования и зачастую лишь косвенно относиться к спорным правоотношениям [9, с. 48]. Такой исход неизбежно влечет за собой сложности в защите собственных прав, вытекающих из медиативного соглашения.
Выделяют и ряд других проблем процедуры медиации: продление сроков рассмотрения дела, связанное с отложением слушания на срок до двух месяцев, а также нежелание сторон нести дополнительные расходы на оплату услуги медиатора в ситуации, когда стороны уже понесли расходы на оплату юридической помощи адвокатов. Более того, возникают проблемы исполнения медиативных соглашений, так как в законе указано, что положения гражданского законодательства распространяются только на те медиативные соглашения, которые заключены путем процедуры медиации к спорам, вытекающим из гражданских правоотношений, в то время как медиация применяется также и к спорам, возникшим из трудовых и семейных правоотношений. Поэтому, можно говорить о том, что ФЗ «О процедуре медиации» не дает ориентиров на случай необходимости обеспечения такого рода медиативных соглашений, что лишает процедуру медиации одного из главных ее преимуществ – снижения нагрузки на суды [7, с. 188]. Вполне возможно, что все медиативные соглашения в независимости от характера предшествующих споров по аналогии могут рассматриваться как гражданско-правовые сделки, что влечет на них распространение ст. 12 ГК РФ. Однако отсутствие четкого указания в законе оставляет эту неопределенность. В качестве решения данной проблемы рядом ученых предлагалось ввести нотариальное удостоверение соглашения, достигнутого сторонами в результате обращения к посреднику или непосредственно с участием нотариуса, который будет способствовать созданию эффективной процедуры исполнения таких соглашений, без ущерба их юридическому качеству. В то же время у сторон остается возможность обращения в суд за принудительным исполнением соглашения об урегулировании спора, заключенного до передачи дела в суд в простой письменной форм [11, с. 13-15]. И отчасти это нашло отражение в действующем законодательстве. Так согласно ч. 5 ст. 12 ФЗ «О процедуре медиации» предусматривается возможность нотариального удостоверения медиативного соглашения, заключенного во внесудебном порядке с приданием ему юридической силы исполнительного документа.
Таким образом медиация достаточно перспективный правовой институт, обладающий как рядом преимуществ, которые отражаются и на участниках самой процедуры и на государстве и обществе, так и недостатками, разрешение которых должно позволит процедуре медиации в России стать популярной формой альтернативного урегулирования споров. Для этого законодателю необходимо четко определить сферу действия процедуры медиации, а также разработать эффективные средства защиты прав и законных интересов сторон в случае нарушения медиативного соглашения.
Список использованной литературы:
- Бурковская А. М. Институт медиации в Республике Казахстан: проблемы теории и практики // Мировой судья. 2011. №4. С. 8 – 10.
- Денисенко В. В. Институт медиации: проблемы методологического обоснования с позиции теории государства и права // 25 лет Гражданскому кодексу Российской Федерации: традиции и новации. Материалы международной научно-практической конференции (Тамбов, 29-30 ноября 2019 г.) – Тамбов.: Принт-Сервис, 2019. С. 116-120.
- Загайнова С. К., Иванова Е. А., Хрущёлева Т. С., Шереметова Г. С. Процессуальные аспекты применения медиации в гражданском судопроизводстве: международный опыт // Herald of the Euro-Asian Law Congress. 2019. № 1 (3). С. 49–67.
- Калашникова С. И. Медиация в сфере гражданской юрисдикции. – М.: Инфотропик Медиа, 2011. С. 304.
- Квачева П. И., Туз Е. С. Историко-правовой аспект развития и становления медиации как правового института в российском государстве // Северо-Кавказский юридический вестник. 2019. №3. С. 17-22.
- Лисицын В. В. Полтора века медиации в России // Медиация и право, 2008. № 2. С. 28 – 31.
- Мищенко Д. К. Проблемы исполнения медиативного соглашения // Проблемы современной экономики (Новосибирск). 2015. №28-2. С. 186-190.
- Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации): федеральный закон Рос. Федерации от 27 июля 2010 г. №193-ФЗ // Рос. Газ. 2010. 30 июля.
- Пономарев А. В., Торопов С. А. Правовая модель медиативных соглашений // Крымский научный вестник. 2015. № 3. С. 47 – 52.
- Шеянов В. Г., Велькина М. В. Преимущества медиации // Отечественная юриспруденция. 2016. № 5 (7). С. 10-11.
- Ярков В. В., Медведев И.Г. Нотариат и медиация // Нотариальный вестник. 2008. №19. С. 13-21.