Институт суда присяжных представляет собой один из важнейших механизмов, обеспечивающих демократизм судебной системы, поскольку способствует реализации такого основополагающего принципа судопроизводства, как участие представителей общества в отправлении правосудия.
Прародительницей суда присяжных В.Г. Графский считал закреплённую английским королем Генрихом II в Кларендонской конституции 1166 г. процедуру судебного расследования преступлений с участием посредников из числа жителей определенной местности, дававших свои показания в силу данной ими клятвы. По мнению профессора, к XVI в. роль присяжных, в соответствии с которой ими выносились вердикты о виновности или невиновности лица, окончательно утвердилась [1, С 288–289]. Через несколько десятилетий данная модель была перенята американскими революционерами и внедрена в только созданную американскую судебную систему [2, 35–38]. На сегодняшний день наибольшей популярностью институт присяжных заседателей в гражданском процессе пользуется именно в США. По мнению, выдающегося американского государственного деятеля XVIII в. А. де Токвиля, исследовавшего общественное мнение о суде присяжных, данный институт, в особенности по гражданским делам, способствует повышению уважения к судебной власти, поскольку наглядным образом демонстрирует проявление справедливости [3]. Продемонстрировать применение данного института в американских правовых реалиях можно на примере дела «Hackney v. Daubert» [4], в котором Эми Хэкни обратилась за защитой своих прав в суд в связи с незаконным, по ее мнению, увольнению, вызванного её участием в качестве присяжного заседателя в ином деле. Присяжные заседатели пришли к выводу о том, что её увольнение не было вызвано данным фактом и прекращение с ней трудовых отношений произошло по иным основаниям. В результате судом было вынесено решение в пользу ответчика.
В российской судебной системе данный институт появился в результате проведения судебной реформы императором Александром II в 1864 г. и просуществовал вплоть до устранения большевиками в 1917 г. [5, с. 129]. Возрождение данного института в современной России началось с 1993 г. с его включения в уголовное судопроизводство. За последние два года данный вопрос приобрёл особую актуальность. Так, например, во время заседания 10 декабря 2019 г. Совета по развитию гражданского общества и правам человека Президент РФ Владимир Путин порекомендовал Верховному суду РФ вынести на обсуждение реформирование вопроса относительно увеличения составов преступлений, рассмотрение которых может осуществляться присяжными заседателями. Вместе с этим, в ходе заседания представители элиты российского юридического сообщества высказались относительно необходимости постепенного распространения правил данного института на дела, рассматриваемые согласно нормам гражданско-процессуального законодательства [6]. Кроме того, тезис о необходимости внедрения данного института в гражданское судопроизводство в одном из своих официальных выступлений высказал 4 марта 2020 г. председатель Совета судей РФ – В. Момотов [7].
Автор статьи, являясь сторонником расширения полномочий присяжных заседателей в уголовном процессе, к введению данного института в гражданский процесс относится с некоторой настороженностью в силу целого ряда факторов. На наш взгляд, внедрение данного института в уголовный процесс способствует повышению основополагающего принципа состязательности и понижению существующего в российском правосудии обвинительного уклона по уголовным делам[8, с. 93-103]. По нашему мнению, факт наличия данного института в уголовном процессе повышает доверие общества к процессу отправления правосудия, в силу того факта, что присяжными заседателями выступают обособленные житейски и социально граждане.
Автору представляется, что нецелесообразность и теоретическую необоснованность введения данного института в гражданский процесс можно объяснить через призму отсутствия в нём какого-либо уклона, поскольку ему присущи такие характерные особенности, как присутствие частноправового элемента, наличие принципа диспозитивности и состязательности на всех стадиях процесса, а также фактическое равноправие участвующих сторон. Вместе с этим, сложности при реализации данного института могут возникнуть в силу различия особенностей доказывания по гражданским делам в России и в США. Так, например, в российском гражданском процессе процесс доказывания базируется, при соблюдении законодательных требований, на внутренних убеждениях профессиональных судей, в то время как в США при рассмотрении гражданских дел присяжные заседатели руководствуются специальными инструкциями в виде формальных критериев, способствующих проведению оценки доказательств [9] .
Нам представляется, что не меньшие затруднения при реализации института присяжных заседателей в практике по гражданским делам могут возникнуть при определении вопросов, на которые присяжным заседателям предстоит дать ответ. Необходимо отметить, что при вынесении вердикта по уголовным делам присяжные заседатели разрешают вопрос о виновности или невиновности обвиняемого, что обычно не вызывает трудностей при отделении вопросов факта от вопросов права. В гражданских спорах, в силу их разнообразности и многогранности, отделение вопросов фактов от вопросов права для присяжных может представиться возможным. Внести сложности в процесс оценки фактов присяжными может внести ещё и тот факт, что современный гражданский процесс с каждым годом всё сильнее подвергается цифровизации.
Не менее значимым недостатком является и факт существенных финансовых расходов, необходимых для внедрения данного института в гражданский процесс, что связано с необходимостью создания и оборудования специальных комнат для присяжных в зданиях всех судов.
В заключение отметим, что в случае принятия законодателем решения о внедрении данного института в классическое российское гражданское судопроизводство, данный процесс должен будет осуществляться постепенно и поэтапно, поскольку поспешные действия по рецепции англосаксонского института суда присяжных могут послужить причиной препятствования достижению основных целей и задач гражданского судопроизводства, а также в целом понизить эффективность российского правосудия.
Список литературы
1. Графский В.Г. Всеобщая история права и государства: Учебник для вузов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма, 2007. С 288–289.
2. Ширев Д.А. К вопросу об институте суда присяжных в США // Вопросы экономики и права. 2015. № 5. С. 35–38.
3. Зарбабян М. Суд присяжных в гражданском процессе: за и против// «Адвокатская газета» 24.03.2020. [Электронный ресурс]. — URL: https://www.advgazeta.ru/mneniya/sud-prisyazhnykh-v-grazhdanskom-protsesse-za-i-protiv/, (дата обращения: 07.11.2020).
4. Hackney v. Daubert. Southern District of Florida. [Электронный ресурс]. — URL: https://www.uscourts.gov/cameras-courts/hackney-v-daubert, (дата обращения: 07.11.2020).
5. Домрачев И.Г. Суд присяжных в гражданском судопроизводстве // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. 2016. №2 (34). С. 129. [Электронный ресурс]. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sud-prisyazhnyh-v-grazhdanskom-sudoproizvodstve, (дата обращения: 07.11.2020).
6. Заседание Совета по развитию гражданского общества и правам человека. Москва. 10.12.2019. [Электронный ресурс]. — URL: http://kremlin.ru/events/president/news/62285, (дата обращения: 07.11.2020).
7. Виктор Момотов предложил расширить сферу юрисдикции присяжных заседателей. 05.03.2020. [Электронный ресурс]. — URL: https://www.advgazeta.ru/novosti/viktor-momotov-predlozhil-rasshirit-sferu-yurisdiktsii-prisyazhnykh-zasedateley/, (дата обращения: 07.11.2020).
8. Калиновский К.Б. Обвинительный уклон в уголовном судопроизводстве: нормативные предпосылки в действующем российском законодательстве // Обвинение и оправдание в постсоветской уголовной юстиции: сб. ст. / Под ред. В.В.Волкова. М.: Норма, 2015. С. 93-103. [Электронный ресурс]. — URL: http://kalinovsky-k.narod.ru/p/2015-3.htm, (дата обращения: 08.11.2020).
9. Зарбабян М. Указ. соч.