Федеральным законом № 191-ФЗ [2] были внесены изменения в Гражданский процессуальный кодекс РФ [1] (далее – ГПК РФ), ознаменовавшие появление нового института в гражданском процессе – групповой иск, который уже давно зарекомендовал себя как необходимая гарантия защиты прав и законных интересов больших групп лиц в зарубежных странах. В настоящее время групповые иски являются единственным средством защиты прав нескольких лиц, если они нарушаются одним ответчиком.
Легальное определение понятия «групповой иск» на сегодняшний день отсутствует, что обусловило формирование немалого числа научных подходов к дефиниции данного термина.
По мнению кандидата юридических наук – Г. О. Аболонина [5, с.43]под групповым иском следует понимать определенное письменное обращение в суд от имени группы лиц, основанное на общих юридических фактах и в общих интересах всех членов группы с требованием о взыскании с ответчика денежных средств или восстановлении нарушенных прав. А В.В. Ярков же считает, что групповой иск представляет собой процессуальный институт, позволяющий одному или нескольким членам группы защищать свои интересы, индивидуальный состав которой неизвестен на момент возбуждения дела, одному или нескольким из участников этой группы без специального получения на то полномочий со стороны всех входящих в нее лиц [7, с. 33].
Мы согласны с каждым из определений, данных учеными, считаем их логичными и последовательными, поэтому в дальнейшем мы будем придерживаться именно этих позиций. Таким образом, групповой иск – это средство защиты в суде нарушенного или оспариваемого права либо охраняемого законом интереса определенной группы лиц.
Следует проводить различие между коллективными и групповыми исками. Коллектив – это группа людей, у которых есть общая работа или интерес, при этом члены группы не обязательно знают друг друга. Группа же объединяется общим заявлением и общим ответчиком, а члены группы идентифицируются не в момент обращения в суд, а позже, когда идет подготовка к судебному разбирательству. Поэтому, если группа является неопределённой, иск нельзя назвать коллективным [6, с.20].
Обратимся к ст. 244.20 ГПК РФ, где закреплены условия обращения граждан или организаций в суд за защитой прав и законных интересов группы лиц, которые аналогичны условиям при обращении группы лиц в арбитражный суд: должен быть общий ответчик для каждого члена группы; предметом спора должны быть общие или сходные права и законные интересы членов группы; права членов группы и ответчика должны основываться на сходных фактических обстоятельствах; все члены группы должны иметь одинаковые средства правовой защиты. Исходя из этого, можно отнести групповой иск к искам о защите частно-публичного интереса в системе процессуальных форм защиты права в РФ.
Существует также другая норма о групповых исках, а именно статья ч.4 ст.151 ГПК РФ. Разница между этой нормой и новой главой заключается в том, что первая объединяла иски нескольких лиц в одно дело, и судья имел право, но не обязан был это делать. Разница также существует в отношении сроков, подсудности группового иска, возможности объединения в одно дело всех исков, поданных в разные суды, и возможности ответчика уведомить других членов группы о решении суда. Следует отметить, что Федеральный закон 191-ФЗ не влияет на применение ч.4 ст.151 ГПК РФ. Он не отменяет и не изменяет данное положение. Поэтому оно осталось в силе и после 1 октября 2019 года.
Важно помнить, что минимальное количество членов группы в групповом иске составляет 20 человек. Только при соблюдении этих условий группа может подать иск в суд.
Так, например, В Мурманске студенты утверждали, что получили дипломы о высшем образовании, но информация о них не была внесена в базу данных Рособрнадзора, в связи с чем подали групповой иск в суд. Суд выявил нарушения в действиях института и удовлетворил исковое заявление [4].
Групповые иски имеют как свои преимущества, так и недостатки.
Так, к преимуществам данного процессуального института можно отнести, по нашему мнению следующее:
- Во-первых, это процессуальная экономия судопроизводства. Другими словами, ответчик не только может избежать многочисленных судебных разбирательств, объединив требования всех истцов, но и частично освобождает суд от данного бремени, которое в противном случае пришлось бы нести при подаче отдельного иска каждым истцом.
- Во-вторых, повышается доступ к правосудию, который проявляется в двух направлениях: у истцов появляется возможность объединения своих исков, если их рассмотрение по отдельности экономически нецелесообразно, а также происходит снижение общих затрат для сторон, увеличивая, тем самым, вероятность обращения в суд.
И в целом, групповые иски вносят значительный вклад в справедливое общество через реализацию субъективных прав истца.
К недостаткам группового иска относятся:
- Во-первых, существенные судебные расходы по сравнению с индивидуальными исками, что связано как с оплатой услуг представителей по более сложному процессу, так и с координационными издержками по ведению дела группы лиц. Но в целом, это является естественным следствием усложнения процесса.
- Во-вторых, возможны случаи неисполнения судебных решений ввиду несоразмерности (превышения значительного) суммы заявленных требований над материальными возможностями ответчиков.
До обращения в суд необходимо выбрать лицо, которое будет вести дело в интересах группы лиц, и указать сведения о таком лице в исковом заявлении. И здесь возникают некоторые проблемы. Во-первых, это неопределенность процессуального статуса лица, которое ведет дело в интересах группы лиц. Это лицо представляет интересы группы, имеет все процессуальные права и несет все процессуальные обязанности (ст. 244.22 ГПК РФ). Однако неясно, может ли такое лицо совершать распорядительные действия в гражданском процессе и заявлять ходатайства об изменении предмета или основания иска и прочие материальные требования? Думается, для решения этого вопроса необходим учет мнения членов группы лиц. Во-вторых, групповые иски характеризуются отсутствием надлежащих и тесных отношений между истцами и их представителями. Такая ситуация может оказать только негативное влияние на ход и исход судебного процесса, так как напрямую ведет к конфликтам интересов. Представители, как правило, объективно больше заинтересованы в решении собственных финансовых проблем, чем в защите интересов своих клиентов. Этот риск особенно остро проявляется в таких случаях, когда речь идет о согласовании условий мирового соглашения. Поэтому в действующее законодательство должны быть встроены соответствующие сдерживающие механизмы.
Также неясно, могут ли те, кто не успел принять участие в групповом иске по аналогичным предметам и основаниям, подать второй иск. В ГПК РФ говорится о преюдициальности решений, принятых в целях защиты прав и законных интересов членов группы. Возможно, целесообразным решением здесь видится в разрешении подачи нового иска и рассмотрении дела в свете решения, уже вынесенного по групповому иску.
Присоединившиеся к групповому иску члены группы лиц не принимают активного участия в судебном процессе, поскольку имеют ограниченный набор процессуальных прав. Узнать о возможность присоединения возможно из размещенного в средствах массовой информации, на сайте суда или в ГАС «Правосудие» предложения о присоединении к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц. И здесь появляется еще одна проблема: как только суд присоединяет еще одного участника группы к иску, то это приводит к росту его цены. В таких обстоятельствах следует рассмотреть возможность передачи изначально недорогого (с точки зрения издержек) коллективного иска в другой суд.
Так произошло, например, в групповом иске, поданном в октябре 2019 года против общества с ограниченной ответственностью, продающего косметику через Instagram, в защиту прав группы потребителей, купивших данные средства [3]. Первоначально цена иска составляла менее 100 тыс. руб., в связи с чем он по действующим правилам подсудности (п. 5 ч. 1 ст. 23 ГПК РФ) был подан в мировой суд. В ходе разбирательства иск превысил соответствующий порог в 100 000 рублей в связи с вступлением новых лиц, и иск был передан в районный суд и рассматривался соответственно с самого начала, что фактически увеличило срок разбирательства . Таким образом, рассмотреть вопрос о включении в ГПК РФ правил о подсудности коллективных исков, касающихся прав потребителей, которые должны относиться к компетенции районных судов, независимо от размера иска.
Кроме того, законодатель не предусмотрел возможность судебного исполнения данного вида требований. Решение может быть найдено путем введения упрощенной процедуры в «Федеральный закон об исполнительном производстве», в соответствии с которой сводное исполнительное производство в пользу группы лиц будет возбуждаться на основании одного исполнительного листа.
Из вышесказанного можно сделать вывод, что система групповых исков необходима судебной системе Российской Федерации. Однако в то же время она нуждается в значительной модернизации.
Список использованных источников
- «Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 18.03.2023)// Собрание законодательства РФ. 18.11.2002. № 46. С. 4532.
- Федеральный закон от 18.07.2019 № 191-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2019. № 29 (часть I). Ст. 3858
- Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 21.04.2020 N 88-8760/2020 [Электронный ресурс]// URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=KSOJ002&n=7039#ELXIxaTZ4sWRRlSY
- Решение Октябрьского районного суда города Мурманска от 25.09.2020 по делу N 2-1928/2020 [Электронный ресурс]: URL: https://www.v2b.ru/documents/reshenie-oktyabrskogo-rayonnogo-suda-goroda-murmanska-ot-25-09-2020/
- Аболонин Г.О. Групповые иски в российском арбитражном процессуальном законодательстве – перспективы развития // Арбитражный и гражданский процесс. 2011. № 3. С. 43-47.
- Аболонин, Г. О. Массовые иски [Текст] : Монография / Г. О. Аболонин. – Москва : Волтерс Клувер, 2011. – 416 с.
- Ярков, В. В. Новые формы исковой защиты в гражданском процессе (групповые и косвенные иски) [Текст]/ В. В. Ярков // Государство и право. – 1999. – № 9. – С. 32-40.